Читаем В разводе с предателем онлайн бесплатно

— Я так думаю, что тебе надо вернуться домой, надо вернуться к детям. Нынешняя ситуация никак не влияет на решение, которое я принял в тот вечер, когда мы с тобой говорили в кабинете. Нынешняя ситуация, она следствие. И поэтому, мне кажется, тебе стоит перестать заикаться, когда ты что-то хочешь сказать при мне. Я не надзиратель, не надсмотрщик и не палач. Я человек, который ошибался, который считал, что делает лучше. А поскольку я эту ошибку увидел, перед тобой стоит все тот же муж. Правда, без печати в паспорте, но этот муж умел тебя слышать на протяжении стольких лет брака, и сейчас сомнительно, что что-то может измениться. Поэтому, как только ты выйдешь из больницы и отправишься в отделение следственного комитета, тебе надо все-таки всю историю рассказать нормально. А не как сейчас.

***

Милые мои, я сегодня запустила новинку.

Про честную Лику, которая узнала про вторую семью мужа после четверти века в браке.

— Что ты ноешь? Я с ней давно уже не сплю, — прорычал муж.

— У тебя другая семья и там ребенок на пару лет младше наших внуков. Ты мне не просто изменил, а еще и лгал много лет… — давилась я словами.

— А что надо было поселить их через стенку? Не делай мне нервы. Я поступил нормально. Ребенка содержу и все на этом, — зло бросил муж.

— Я не буду с тобой жить…

— Хочешь развестись? Отличная идея, баба в сорок пять это самый ходовой товар. Давай тогда, ищи нового мужа, жду приглашения на свадьбу! Свое скоро тоже отправлю. Будешь свидетельницей?

Читать здесь https:// /shrt/udmL

Вера

Я неверяще смотрела на Валеру и не понимала, чего он хотел от меня. Все, игры закончились в злого полицейского, все, снисхождение получила старая жена?

Я это видела только так и поэтому не испытывала какого-то всепоглощающего счастья либо одуряющего наслаждения от всего этого.

Валера, возможно, единственный раз за время нашего развода что-то по-честному мне выдал.

— Не хмурься, — тихо протянул муж. А я подняла на него глаза. — Все будет хорошо, Вер.

Но улыбка вышла какая-то косая, неправильная и не совсем необходимая в этой ситуации.

В больнице я пролежала ещё полторы недели. За это время, Валера построил свой график так, что он когда-то уезжал на работу, когда-то оставался с ночёвкой, когда-то привозил детей с моей матерью и на в третий такой приезд у Маруси, видимо, что-то дрогнуло, потому что она подошла и обняла меня за плечи.

— Я так рада, что все обошлось, — тихо прошептала дочка, а я погладила её по запястью.

— Спасибо, что приехала, мне очень тебя не хватало.

Видимо, я сказала что-то не то, потому что Маруся вздрогнула, и я ощутила, как у неё по всему телу прошла будто бы россыпь мурашек. Она шмыгнула носом и только сильнее меня сжала, а потом быстро вылетела за дверь палаты.

Мама сидела и бурчала:

— Вера, это не дети, это, это какие-то дьяволы.

Я качала головой, не понимая, чем её так мои дети не устраивали, тем, что были, может быть, слишком самостоятельные, или, может быть, из-за того, что у них на все имелось собственное мнение.

Я не знала на самом деле, да и если честно оценка матери меня как хорошего воспитателя мне была не важна. Я прекрасно знала, что у меня самые лучшие ребята. Но мама вздыхала и заламывала руки.

— И нет, это, может быть, конечно, очень грубо прозвучит с моей стороны, но все-таки мне казалось то, что Валера как-то тщательнее будет смотреть за детьми, а то Маша вон того гляди налысо побреется, выйдет так на улицу, чтобы эпотировать народ. Никита, ну да, Никита спокойный, адекватный мальчик, только вот когда ему что-то не нравится, он адекватно и спокойно это «не нравится» высказывает в такой форме, что лучше бы кричал.

Я скромно улыбалась. Вздыхала.

Нет, там на самом деле все нормально в этом плане. На самом деле просто дети растут такие, когда они точно знают, что если случится что-то страшное, они всегда могут прийти к маме с папой и рассказать об этом страшном.

Это очень важная сторона воспитания, дать ребёнку полную безопасность, и только так он не встрянет в какую-то плохую ситуацию.

Но мама не считала мои методы воспитания какими-то рациональными.

Она считала, что я слишком много позволяю, потому что слабохарактерная.

А я не хотела, чтобы, если с моим ребёнком произошла беда, он втихую сидел, отмалчивался, даже не говоря ни слова об этом, а так зачастую и происходит. Когда какой-то конфликт, когда какое-то непонимание и ребёнок знает, что дома за такую ситуацию ещё и накажут, он будет молчать, а молчание в наше время обходится детям очень дорого. И слава Богу, у Валеры никогда не было такого, что он выказывал неодобрение тем, что дети делились с нами какими-то жизненно важными для них моментами, а он ворчал. Нет, он все спокойно выслушивал, принимал. Наверное, ему хватало этого непонимания в своём детстве…

А когда меня выписали в первый день, я, ну, логично, что не поехала ни в какое отделение, ни куда-либо ещё.