Читаем В разводе с предателем онлайн бесплатно
— Валер, ну пожалуйста, я же ничего плохого не сделала.
— Я тебе сказал, если ты не понимаешь с первого раза, значит, я буду вдалбливать в тебя это. В конце концов, что тебе непонятного во фразе, что между нами все кончено? Что тебе непонятного во фразе, не смей приближаться к моей семье. Что?
Я ударил по газам с такой силой, что машину повело, тяжело задышал, выравниваясь.
И так все шло через одно место, вот хуже не придумаешь, вместо того чтобы мы на терапии с Верой пришли к чему-то хорошему, к чему-то обоюдному, только сильнее отдалялись. Я это видел по её взгляду. Я это видел по её повадкам. Я понимал, что это правильно, это здоровая сейчас позиция. Она должна ощутить чувство безопасности без моего какого-либо надзора, только через это будет следовать ее восстановление, но как же мне было дерьмово, как мне было дерьмово из-за того, что это уже был конец, это был финал, но ничего не изменится.
Я подписывал сам себе приговор.
Сейчас можно было надавить, оказаться сильнее, и мне кажется, Вера бы приняла меня, но я не мог так поступать с ней. Да сколько ж дерьма из меня может литься в конце концов?
Это моя Вера, моя жена, выбранная мной. Венчанная со мной.
А я, как тот самый грешник, прокажённый, которому ни черт, ни дьявол не важен, все изгадил, все испоскудил и от этого сам на себя бесился.
Настолько сильно бесился, что иногда не понимал, какого хрена я вообще живу.
И спасало только то, что я находился рядом с детьми.
А потом накатывало осознание, что Вера, находясь в этой же ситуации, была без детей, я отнимал у неё детей, я делал все возможное для того, чтобы её жизнь была невыносимой, я был самой настоящей тварью. И поэтому меня корёжило, и тут ещё Милана под ногами путалась!
И так все дерьмово, и так все через одно место идёт, ещё она ноет, и ноет, и ноет.
Она что-то щебетала мне, пыталась дёрнуть, потянуть на себя, я пару раз вылетал на соседнюю полосу из-за того, что не мог нормально контролировать движение машины, а потом, когда оказался у неё во дворе, резко затормозил, останавливаясь прямо напротив подъезда, перехватил Милану в открытую заднюю дверь и потащил на себя. Волоком потащил, что она упиралась. И, оказавшись в подъезде, услышал:
— Ключи у тебя же забыла.
Я зарычал, наклонился к окошку консьержки и хрипло выдохнул.
— Ключи.
Консьержка, узнав свою постоялицу, занервничала, а я знал прекрасно, что дубликаты в таких домах всегда есть у администрации.
Пожилая женщина трясущейся рукой отдала мне связку, и я потащил Милану за собой, закинул в лифт, поднялись на этаж, швырнул её в квартиру и даже не задумываясь над тем, что я творю, коротко, не сильно, а скорее больше обидно, хлопнул ее ладонью по щеке.
— Я тебя предупреждал, я тебе говорил не смей приближаться.
— Ты просто всегда её любил, мной пользовался.
— Я тебе уже объяснил, что у тебя нет никакого права мне такое высказывать и считать, что я должен испытывать из-за этого какие-то муки совести. Ты содержанка, и твоё ремесло должно тебе намекать о том, что ты должна знать своё место.
Милана всхлипнула, потирая ушибленную щеку, и попыталась броситься на меня, но я только перехватил её за запястье и оттолкнул от себя.
— Я тебе последний раз говорю, если ещё раз ты приблизишься к моей жене одной оплеухой дело не закончится.
— Насильник, чудовище, моральный урод, — хрипела Милана и каждый раз набрасывалась на меня, я не выдержал и со второй руки хлопнул её по щеке.
И она потеряла равновесие, резко упала на небольшую скамейку, обитую темным велюром, и всхлипнула.
— Ненавижу.
— Будет суд. Вероятнее всего, ты не попадёшь ни под какую статью, но тебя будут заставлять выплачивать компенсацию. Этого достаточно. Но если ты вдруг посчитаешь, что суд для тебя это что-то слишком, поверь, я могу и без суда вывести тебя в багажнике в лес, и мне будет абсолютно плевать, кто тебя найдёт, потому что ни одна собака не скажет о том, что кто-то знал тебя в этом городе. Мисс Саратов, сваливай и не беси меня ещё сильнее. — Произнеся это, я отшатнулся, вышел за дверь и тяжело задышал.
В боку, по рёбрам что-то кольнуло, я перевёл глаза и увидел красное пятно на рубашке.
Вот стерва.
Походу, одним из ключей…
Меня шандарахнуло так сильно, что я от адреналина, видимо, не понял ничего, а сейчас он схлынул, и ощущение было паскудное.
Вздохнув, я медленно вышел из подъезда, сел в машину, развернулся и понял в середине пути место, куда ударила Милана своими ключами, просто запылало огнём.
Хотелось остановиться, согнуться пополам, прижать ладонь к рёбрам, чтобы унять бешеную боль, но я, превозмогая все это, все равно ехал домой, мне надо было узнать, как там Вера.
Я поднялся в квартиру, она открыла дверь и, испуганными глазами глядя на меня, хватала воздух губами.
— Валер, Валер, ты нормально?
— Ты не напугалась? — Спросил я тихо и зашёл внутрь. — Где дети?
— Все нормально. Маруся у подружки на два этажа выше, Никита сидит, занимается дистанционно.
У Веры тряслись руки, она пыталась как-то подойти ко мне, стянуть с меня пиджак, хоть что-то сделать.
— Господи, Валер, здесь все в крови.
