Читаем Селфхарм онлайн бесплатно
Давай, Анечка, снимай маечку. Давай, красивая, взвали на себя это всё снова. В одиночку. Давай. Ты сломаешься, и на этот раз окончательно. А бездна – вот же она, всегда с тобой. Её зов ты слышишь по утрам, по вечерам. По ночам. Бездна взывает к тебе, Анна. Ведь это так просто – высокое здание, открытое окно. С водой в море не получилось, но ведь можно в другой воде, в ванной и с лезвием. Слишком театрально? Можно по-другому. Не есть. Не спать. Побольше курить. Даже резких движений делать не придётся – бездна сама к тебе придёт и мягко, как папа, заберёт тебя спящую. Помнишь, как в детстве: заснула в гостях, родители рядом о чём-то смеются, а потом ты сквозь толщу сна чувствуешь, что кто-то или что-то подхватывает тебя сильными и нежными руками и куда-то несёт.
Бездна тоже так может. Тебе же было тогда хорошо? И сейчас будет…
– Аня?
Аня стоит возле стола Джульетты, наконец все студенты разбежались.
Аня говорит медленно, тихо.
– Я съездила в отпуск и поняла, что не хочу увольняться. Я люблю эту работу. Прошлый фестиваль меня чуть не убил. Я не смогу совмещать «Слёзы Брехта» с таможней. И на «Слезах» мне нужна помощница… Что скажете? – Аня смотрит Джульетте в глаза.
– Да, да, конечно! – Джульетта отвечает молниеносно. – На таможню найдём кого-нибудь! А в помощницы – Михалину! Или кого-то из стажёров… Да!
Джульетта улыбается и смотрит так, что внутри Ани всё холодеет, а потом оттаивает и наливается теплом по всему телу за одну секунду.
Джульетта отворачивается к ноутбуку и рассеянно спрашивает, не дожидаясь ответов: как там Болгария, как отдохнула, читала пьесу Давида?
На столе Джульетты – стопки бумаг, папки, сухие цветы в вазе. Последние цветы, которые Аня купила специально для Джульетты, рано утром приехала, стебли обрезала, вазу помыла. Поставила красиво, в самый центр стола. Джульетта тогда вроде и пыталась выяснить, кто её тайный поклонник с букетами, но быстро на что-то отвлеклась.
Берите моё сердце, Джульетта, вот оно – живое, дышащее, кровоточащее – перед вами. И делайте с ним, что хотите. 4.
– Найди в компе видосы в этой папке, я пока сгоняю отдать договоры.
Джульетте срочно понадобилось видео с показа спектакля шведского театра в 2013 году, а оно может быть только у Давида.
Аня открывает браузер. Последняя вкладка – гугл, поисковый запрос «Spiritual Front – Tenderness Through Violence lyrics».
Песня начинается так:
How does your blood taste?
Where are your wounds?
И дальше:
An obsession keeps me tied to your flesh
Keeps me tied to your sex.
Очень в духе Давида, да уж.
Файлы в папке с видео названы как попало, и в поисках нужного Аня открывает все подряд.
Видео фестивальных спектаклей, репетиции постановок Давида, вот он на сцене что-то объясняет, и… что-о-о-о-о-о?
Аня перестаёт перепрыгивать бегунком по ролику и идёт в самое начало.
На сцене шест. На сцену выходит девушка. На ней короткий белый халатик, она смотрит в пол.
Играет музыка – что-то утробное, племенное, сразу под эту музыку представляешь костёр в лесу и пляшущих вокруг костра обнажённых женщин.
На сцену выходит Давид. Джинсы болтаются на бёдрах, обнажая торс почти до самого паха. Татуировки на руках, татуировки на груди. Глаза подведены. Аня смотрит и сама не замечает, что кусает кожу возле ногтей, почти не дышит, замерла.
Давид резко срывает халат с девушки. Она остаётся в чёрных трусиках и совсем минимальном топе. У девушки точёная фигура, ярко очерченные бёдра, красивая грудь. Выше груди, чуть ниже ключиц – нежная татуировка розы, хрупкой, как будто лепестки можно потрогать.
Давид заходит за спину девушки и касается кончиками пальцев её шеи. Она льнёт к нему, сладострастно свою шею подставляя.
Давид берёт в руки верёвку и проводит ей по груди девушки. Это тот Давид, её коллега – и одновременно совершенно незнакомый мужчина. Спокойный, властный, он обращается с телом девушки как с вещью, ему принадлежащей, – при этом как с драгоценностью, значимее которой не существует ничего в эту секунду.
Между ног становится плотно и мокро, обтягивающие джинсы слишком тесны. Аня щёлкает на середину ролика. Девушка привязана к шесту, плечи, голова свисают вниз, одна нога согнута в колене, со второй ногой Давид что-то делает, как-то её привязывает. Обнажённые ягодицы девушки перед лицом Давида, девушка абсолютно беспомощна и обездвижена – она полностью в его власти. Давид сосредоточенно привязывает её ногу к шесту.
– Аня?
Аня оборачивается, словно её застукали за преступлением. На лице Давида – ужас.
Аня бьёт по клавише пробела, останавливая видео.
– Блин! Прости! Я искала тот спектакль шведов! И нашла это!
– Да уж…
Впервые Аня видит, что Давид не знает, куда деть глаза, как будто прямо сейчас хочет провалиться, исчезнуть, как будто ему страшно некомфортно быть здесь, сейчас, с Аней.
– Закрой видео, пожалуйста, – глухо произносит он.
– Покурим? – Аня чувствует себя непривычно уверенно и спокойно.
– Идём, – Давид достаёт сигареты и зажигалку и по-прежнему не смотрит Ане в глаза.
