Читаем Фуга онлайн бесплатно
– Я его фаршем, фаршиком приманиваю, а он не идет – не идет, не идет, не идет…
Леди Ирма покачала головой. Кисти на ее шали были унылые, обвисшие, и сама леди была какая-то складчатая, морщинистая, несуразная, несчастная.
«Можно подумать, ты сама счастливая. Язык придержи».
«Это мама или Рысь?..»
– Хотите, я поищу кота? – предложила Джо и села на корточки, чтоб заглянуть женщине в лицо. – Они меня любили вроде бы, ну, звери… любят.
– Мастер, а это кто такая? – спросила леди Ирма почему-то не саму Джо, и Джо вздохнула.
– Я из Приюта. Теперь живу у мастера.
– Да ну ладно тебе! Тех, из Приюта, в приличных домах знаешь как встречают?
– Нет, не знаю. Как?
Леди Ирма сощурилась, долго смотрела на Джо в упор и наконец сказала:
– Найди-ка, детка, мне мои очки.
– Да, только я не детка, – ответила Джо. В горле пересохло.
Мастер на своем стуле покачал головой.
Джо наконец нашарила в сумке очки, почему-то с прямоугольными стеклами в черной оправе, и протянула женщине. В сумке валялись вперемешку лук, чеснок и головки подсолнуха. И вот очки еще.
Леди Ирма кое-как уравновесила очки на переносице и снова уставилась на Джо.
«Ну что? – спросил Рысь у нее в голове. – Чего? Хвост вырос?»
– Очень смешно, – произнесла Джо вслух, и мастер снова покачал головой, а леди Ирма вдруг хихикнула, и Джо аж дернулась от неожиданности. Почему люди так делают?
– Из Приюта так из Приюта, это ладно, а только котика моего просьба найти. – И подмигнула. И сама подняла все свои сумки. Старушка, а на старичка больше похожа – такая сухонькая, маленькая вся. Джо поддержала было ее под руку, но она отмахнулась: – Уй, не надо. Пойду я, мастер, и так уж вас заболтала. Котика ищите.
– Мы обязательно его поищем. Обязательно. Скажите там остальным, чтоб пока не заходили, у меня перерыв десять минут.
– Был уже перерыв-то, – заворчал кто-то в прихожей так громко, что в кухне и Джо, и мастер услышали.
– Так то дневной был, – степенно заметил кто-то другой, – а это вечерний.
И мастер тихо фыркнул и покачал головой и снова напомнил Джо Рысь: когда тот проводил ладонью по горлу, показывая, как его достал Приют.
– Они все забывают переобуться, – сказал мастер то ли Джо, то ли самому себе. – Как можно забыть переобуться, если в прихожей стоит плетеный короб с табличкой «Тапочки»?
Джо не нашлась что ответить, но взгляд у мастера прояснился.
– Вы хотели что-то? Если проголодались, могу предложить куриный бульон. И помидоры. Боюсь, больше ничего…
Джо помотала головой.
– Вы устали. Хотите, я скажу им, что вы заболели?
Мастер снова фыркнул и поднял взгляд.
– Щепка, – сказал он, – я же мастер города. Вы всерьез предлагаете мне прогулять работу?
– А почему нельзя?
Мастер вздохнул. Повел рукой в сторону буфета:
– Возьмите что-нибудь. Там хлеб, орехи в сахаре…
«И выметайтесь отсюда», – расшифровала Джо конец фразы и хотела уже так и сделать, когда мастер вдруг передумал.
– Погодите. Пойду представлю вас сам. Чем раньше мы это сделаем, тем быстрее схлынет. Идемте со мной.
И они пошли в прихожую, где люди считали минуты до конца перерыва. Худая женщина в юбке колоколом вязала. Поджарый загорелый старик сжимал в зубах трубку, но не курил.
– Доброго вечера всем, – сказал мастер и поклонился, – это моя воспитанница, она из Приюта. Ее зовут Щепка.
Джо поклонилась тоже. Она со школьных времен не видела столько взрослых людей одновременно – людей, которые могли бы быть ее родителями. В Приюте все были старшие братья, старшие сестры, а дальше цепочка поколений обрывалась. Нет, Рысь старался, еще как старался, но ты не можешь стать родителем человеку, который всего на семь лет младше тебя. Да даже если и на десять – все равно. А еще на Джо очень давно не смотрело столько взрослых людей одновременно.
– Хилый какой-то, – заявил старик, вынув трубку изо рта. – Хилый какой-то демон-то, а, мастер?
– А мне дети такие ужасы рассказывали. Они, говорят, в окна первого этажа однажды заглянули, а там сидит на кухне какой-то рыжий и кровь пьет из стакана.
– Это томатный сок, – сказала Джо, но никто ее не услышал.
– Отец ваш, значит, Приют основал, а вы его в город перетаскиваете?
Люди вставали с мест. Теряли тапочки, которые все-таки надели. Стискивали трости, ручки сумок, кончики собственных усов.
– Может, отец ваш перед смертью того, а? С ума сошел?
Джо чувствовала, как сила в ней просится наружу. Один выплеск – и все они замолкнут, побледнеют и уберутся из дома мастера навсегда. И никто никогда ее не тронет.
«Не трогай городских, – предупредил бы Рысь, – они дурные, но они не виноваты».
Гул нарастал, внутри и снаружи, и мастер что-то вещал ровным голосом, как будто разрезая гул на дольки, а Джо сжимала кулаки и вспоминала. Как Александр подружился с каким-то городским подростком, – тот пришел к ним в сад, и они вместе с Александром залезали на яблони. Подростка Рысь выпроводил с извинениями, а Александру долго что-то объяснял, не орал, говорил тихо.
– А что такого, если они дружат? – спросила Джо, и Рысь не фыркнул: «Все-то тебе расскажи».
