Читаем Файролл онлайн бесплатно

— Это как? — опешил сержант. Такой фразы от чушка в "прохорях" и ватнике он не ожидал. — "Кое-куда" — это куда?

— Скажи мне, мил человек, что вон там находится? — ткнул я пальцем в громадину "Радеона", достаточно мрачно выглядящую на фоне рассветного неба.

— Офисное здание, — пояснил сержант. — Компания там сидит. Большая.

— Вот, — покивал я. — А я в этой компании работаю. Так что пойдемте туда, и вы в этом убедитесь.

— Ты? — с сомнением сказал сержант и положил руку на кобуру. — Давай-ка лучше в отдел.

— Сержант Кирилюк из московской полиции, — мне стало совсем обидно — почти добрался же. К тому же у меня болело все, что только может болеть, мне очень хотелось лечь и вытянуть ноги. Не хочу в отдел, я есть хочу и теплую ванну. — Поверьте, я там работаю. Просто у нас, богатых людей, тараканы в головах — они элитные. По этой причине мы, бесясь с жиру, устраиваем разные забавные пари. Например — съездить вот в таком виде на муниципальном транспорте до Медведкова и обратно. Я — съездил и почти выиграл ящик виски. Давайте не будем портить мне сладкий миг победы.

— Н-да, — по лицу сержанта я понял, что именно он думает о зажиточной части населения.

— Скажите, сержант, — устало спросил я у него, притоптывая ногами от холода, после теплого метро он показался мне совсем уже нестерпимым. — Вы в "Файролл" играете?

— Нет, — сурово ответил полицейский. — Не люблю игры, с детства.

— Жаль, — расстроился я. — Ведь я вам за то, что вы меня сопроводили бы до входа, полгода бесплатной игры подарил. Серьезно.

— У меня сестра играет, — оживился сержант. — А что, вы правда оттуда?

— Правда, — я демонстративно глянул на часы. — И очень хочу выпить кофе, если честно. Сержант Кирилюк, что вы теряете? Если я окажусь не мной — отведете меня в участок и отберете часы в качестве компенсации. Если я — это я, то получите прекрасный подарок для сестры на восьмое марта. Пошли?

— Что значит — "отберете"? — насупился юный сержант. — Не все такие, какими нас в сериалах показывают. Пошли уже.

По-моему, полицейский на меня обиделся, по крайней мере, остаток пути до центрального входа в "Радеон" он молчал.

Тем временем рассвело, судя по всему, девять часов утра уже миновало, а потому в стеклянные двери здания вливались уже не волны, а отдельные финальные брызги офисного люда — те, кто мог себе это позволить по должности и положению, а также опоздавшие, прикидывающие вероятность того, что добрые коллеги на них настучат в отдел по борьбе… Упс. Простите — по работе с персоналом. Присоседились к ним и мы с сержантом, ловя на себе удивленные взгляды клерков.

— Куда? — спросил у меня массивный охранник с незнакомым лицом, умело останавливая меня толчком в грудь около рамки металлоискателя. Двое других, стоящих чуть подальше крепышей в костюмах, мне тоже были незнакомы.

— Туда, — кротко ответил ему я и сопроводил слова жестом. — Азову позвоните, пожалуйста, скажите — Никифоров сам до дома добрался. Своим ходом.

— Его нет в здании, — бесстрастно ответил охранник. — Он на выезде.

— Тогда Зимину позвоните — попросил его я. — Или Валяеву. Опять же — мобильную связь никто не отменял.

— Освободите проход, — потребовал охранник вежливо, но твердо. — Выйдите из здания и позвоните сами тому, кому сочтете нужным.

— Еще раз прошу — наберите кого-нибудь из названных лиц, — потребовал я у него и рявкнул на сморщившую носик девушку, которая тихонько пробормотала "Фу!", обходя меня стороной. — Чего, пахнет? Да, душ не принимал, ночь у меня была непростая!

Елки-палки, да что это такое! Ощущение такое, как будто ехал по знакомому и привычному маршруту домой, а приехал невесть куда. Например — в мавзолей Ленина.

— Все, пошли, — почему-то покраснел сержант и сказал нахмурившемуся охраннику:

— Извините.

— И попрошу вас больше в таком виде сюда не являться, — посоветовал мне охранник, проявив при этом хоть какие-то эмоции. Я уж подумал, что Азов где-то киборгов раздобыл.

— Он больше не будет, — сержант вздохнул. — Извините.

Пока они беседовали, я высматривал в холле хоть одно знакомое лицо, и как назло, не было никого — ни Дашки, ни других сколько-то знакомых девушек с ресепшн. И в холле — как шаром покати, никого из тех, кто тогда так мило со мной беседовал на встрече Нового Года.

— Давай, — сержант потянул меня за рукав, и я понял — сам он меня бить не будет, но мало мне не покажется. Молодость склонна к самолюбию и не терпит того, что ее ставят в глупое положение. — Пошли, экстремал. Будет тебе сегодня веселье и адреналин, поверь.

"Дзинь" — привычно тренькнул сигнал, оповещающий о прибытии внутреннего лифта, я обернулся, и сердце скакнуло вверх.

— Маринка! — заорал я, поднимая руку вверх. — Вежлева! Мари-и-и-ин! Меня не пускают внутрь! Это я, Киф! Никифоров, то есть!

— Не ори! — сержант стал пунцовым, а охранник задумчиво посмотрел в сторону лифта. — Пошли!

— Мари-и-и-и-ин! — издал я сиплый вопль и ухватился руками и ногами за рамку — Спасай!