Читаем Душа онлайн бесплатно
«Ох, хороша! Тепло такое по телу и мозгам разливается. А Надя её не больно жалует. Так, губами только к рюмке прикоснётся и отставит… Молодец. Как же так получилось, что эта вроде бы чужая девочка — единственный близкий мне человек? Как же я умудрилась прожить свою жизнь так, что, родив двух дочерей, оказалась без семьи? А проработав более сорока лет на большом заводе, — без подруг?
Сегодня, одиннадцатого мая, мне исполняется семьдесят. Будет ли у меня ещё когда-нибудь день рождения?
Стара я… Да, и вона чего в мире творится. А девочка эта славная. Приглядывает за мной. Хм, вишь, молчит всё больше, слушает… А зачем ей слушать бурчание старой обиженной на весь белый свет ведьмы? Мои вон вообще устранились. А ведь я им была доброй матерью. А эта — добрая, эта — слушает… Ненавижу…»
Надя готовилась к бабы Вериному дню рождения со всей ответственностью. Ей было жаль сварливую старуху, она понимала, что та не от сладкой жизни стала такой. На местном радио заказала исполнить её любимую песню: «Дурманом сладким веяло, когда цвели сады…»
«Вот бы никогда не подумала, что она такая чувственная натура, — жалела её девушка. — Бедная она, баба Вера. Вот так, родить двух дочерей, вырастить их, выучить, а они такие неблагодарные… Моя мать тоже, наверное, так считает, хоть она и не растила меня. Может, не могла? Мало ли как её жизнь сложилась. А теперь стыдно. А может, и нет её уже. Надо будет попробовать разыскать её. И Богданкину тоже…»
Богдан… интересно, как он там. Вот бы увидеть. Мне только узнать, что с ним всё нормально, что он счастлив. Наверное, уже вышел на работу. Как он бедный переживал, когда узнал, что Иван Иванович погиб. Плакал. И на похороны поехал, хотя сам еле на ногах стоял. Бледный-бледный, и руки в кулаки. Наверное, поклялся найти и отомстить убийцам, когда попросил его одного у могилы оставить. Хорошо, что их нет уже. Хотя всё это очень странно. Зачем им надо было вешаться в тюрьме? Ох, боюсь, что убили их. Ну и хорошо, что убили, а то Богдан, не дай бог, грех на душу взял бы. Он, оказывается, очень любил своего начальника.
А когда про развод узнал, вздохнул облегченно. По-моему, даже обрадовался. Прав был Костя, что не разрешил ему письмо показать. Получается, что иногда и соврать не грех. Или грех?
Интересно, он всё ещё любит её, жену свою бывшую? Вряд ли… Но любил же, раз женился… Как же это можно так: то полюбил, то разлюбил… Да, наверное, можно, сплошь и рядом то женятся, то расходятся…»
«А ты Душу свою спроси», — как лёгкое дуновение весеннего ветерка прошелестело. Оглянулась. Никого. Показалось.
Надя приклеила к коробке большой розовый бант. Идея подарка возникла тогда, когда хозяйка, в очередной раз заглянув к Наде на воскресные посиделки, поинтересовалась, кто нарисовал картину, что висит на стене, где изображена маленькая церквушка с белыми стенами и голубым куполом со звёздами, а за церковью сквозь тучи проглядывал солнечный луч?
— Это моя картина… Я её написала…
— Продай мне. Я с тебя за весь месяц платы брать не буду.
— Вы меня простите, Вера Ивановна, но эту картину я не могу продать. Но я могу вам подарить любую другую из моих картин. Вот, смотрите, озеро. А вот тут лес и поле.
— Нет, эту хочу, — раскапризничалась подвыпившая старуха.
— Эту не могу, извините.
И Надя вздохнула так тяжело, что баба Вера поняла: что-то очень дорогое связано у девочки с этим пейзажем, но, несмотря на это, резко встала и, бросив злорадный взгляд на девушку, рявкнула:
— Ну и подавись ею.
Тогда-то Надя и решила написать портрет бабы Веры. Только не старой, толстой, неопрятной и вечно злой на весь белый свет женщины, а молодой Веры Усольцевой, симпатичной хохотушки со светлыми трогательными кудряшками, гордым взглядом и осиной талией. Надя незаметно стащила фотографию во время очередных посиделок, когда, выпив несколько рюмок наливки, хозяйка, расчувствовавшись, достала старый альбом с фотографиями и, втирая слёзы в шрамы и морщины, оставленные на лице временем и войной, делилась счастливыми, но всё более уходящими в прошлое событиями.
Девушка писала портрет на работе в детском саду, по утрам, когда есть хоть немного естественного освещения. Чтобы портрет получился «живым», она просила рассказывать бабу Веру о муже, о детях, и с каждым разом её удивление росло и появлялось всё больше вопросов. Как так получилось, что судьба превратила эту весёлую, образованную, умную и, в принципе, добрую женщину в одинокую, брошенную зудящую старуху? И не старость тому причина, как думает сама баба Вера. Надя знает многих пожилых людей, которые красивы, веселы и не вызывают чувства раздражения и жалости. Бабушка Богдана Анна Павловна, например, дед Кузьма, наш ректор, да мой дед, в конце концов.
