Читаем Душа онлайн бесплатно
Наклонился. Коснулся губами её приоткрытых губ. Эти губы могли бы стать воротами в Рай. Но он сам их закрыл перед собой. Сам. Что ж, он попытается открыть их вновь.
Богдан прислонился к стене и закрыл глаза.
За окном светало.
Тик-так… Тик-так… Тик-так…
Спустя всего три часа молодых людей разбудил шум проезжающего автобуса.
— Ой, — всполошилась Надя, — проспали!
— Что проспали, Надюш? Сегодня суббота. И кроме того, у нас отпуск.
Богдан открыл глаза, и выглядел он так, как будто спал крепко всю ночь, — свежим и выспавшимся. Надя, наоборот, казалась усталой и слабой. Под глазами залегли тёмные круги, губы без помады отливали синевой. Попыталась встать, но у неё закружилась голова, и она опять плюхнулась на диван. Богдан с тревогой посмотрел на бледное лицо девушки.
— Доброе утро, Надюш. Как ты себя чувствуешь?
— Доброе утро, — она улыбнулась, — ты вообще осознаешь, что мы с тобой второй раз спали вместе в одной постели?
Насколько могла, весело засмеялась. Села. Богдан наклонился и нежно поцеловал девушку в уголок губ. Они дрогнули, но остались плотно сжатыми.
— Я бы хотел спать с тобой в одной постели всю оставшуюся жизнь.
Зеленоватые глаза пристально уставились в его тёмно-карие. Поцелуй в лоб.
— Давай чай поставим.
Голос тихий, разбитый,
— Надюш, как ты себя чувствуешь?
— Нормально. Не выспалась только.
— Сегодня завтрак за мной. Омлет устроит?
— Омлет? Омлет, наверное, хорошо, только есть совсем не хочется.
— Это пока не хочется. Я тебе сейчас такой вкуснячий омлетище приготовлю по бабушкиному рецепту, пальчики оближешь. Надюш, помнишь Анну Павловну?
Богдан колдовал возле плиты, обвязав бёдра льняным полотенцем вместо фартука. Футболка облегала его широкие плечи, лёгкие спортивные брюки — крепкие мускулы ног. Темные, коротко подстриженные волос, и жгучие, как горячий шоколад, глаза.
— Конечно, помню, — донеслось из душевой.
— Она тебя часто вспоминает. Знаешь, моя бабушка тебя очень любит. В гости приглашала. Помнишь, какой она торт печет?
Зашипела сковородка, и запах слегка поджаренного лука, помидоров и свежепорезанного огурца расползался по кухне, тонкой струйкой закружил по комнате, забрался даже в ванную, где Надя стояла под тёплыми струями душа, нежно массажирующими худенькие плечи, маленькие груди, плоский упругий живот и думала:
«Как хорошо! Совсем как дома. И кажется, что нет никакой опасности, никакой радиации. Ещё целых два дня счастья. Два дня с Богданом. Боже, как же он потрясающе красив! Возмужал. Окреп. Как же я его люблю. И… как же я его… хочу…»
— Та-а-а-к, и где моя большая ложка? — Надя вышла, наконец, из душа, на ходу вытирая мокрые волосы. Они рассыпались капризными прядями по высокому чистому лбу. Откинула волосы тонким пальчиком, а они, непослушные, снова упали на прежнее место. Богдану стало трудно дышать: сердце забилось у самого горла, заныл низ живота и стал наливаться свинцом. Он отвернулся от Нади.
«Нет, это просто невозможно, как она умопомрачительно хороша!»
— Вот вам, мадемуазель, большая вилка. Приятного аппетита.
Он резко повернулся и быстро скользнул за стол, чтобы она, не дай бог, не заметила его возбуждения. Но она всё равно заметила. Покраснела, еле заметная улыбка промелькнула на лице, потом просто уставилась в свою тарелку с приготовленным с любовью ароматным омлетом.
— У нас с тобой два дня, Надюха. Целых два дня. Что бы ты хотела делать?
— Давай сначала пройдёмся по посёлку. Поснимаю. Я тут не была ещё. Сделаю очерк о городке. О людях, живущих в нём.
— Отлично.
Вахтовый посёлок Зелёный мыс — симпатичные финские домики — остров благополучия в окружении мёртвого моря брошенных зданий. Ребята обошли его за час и уже на обратном пути на стенке домика-магазина увидели объявление, которое маячило светлым пятном на фоне тёмно-зеленой краски, которой были покрашены коттеджи.
— Ой, Богдан, поехали, а? — Надя запрыгала на месте и захлопала в ладоши.
— Конечно, поедем! Как мы можем пропустить такое? Который теперь час?
— Час дня. Побежали, через пятнадцать минут автобус отправляется.
И они, взявшись за руки, вприпрыжку побежали к остановке, где пыхтел и кашлял выхлопной трубой, ожидая пассажиров, рейсовый ПАЗик.
В зале дома культуры, где должно было состояться мероприятие, шум и неразбериха, он под завязку набит желающими послушать Валерия Леонтьева. Сам концерт произвёл на молодых людей неизгладимое впечатление: артист работал от души, без фонограммы, выходил на бис столько раз, сколько требовала публика, и вместо полутора часов концерт длился почти три.
Казалось, народ забыл о том, где находится, зачем и почему…
