Читаем Душа онлайн бесплатно
Медленно, шаг за шагом, животные расширяли «круг знакомств» с новым жильём и вскоре, облюбовав потёртое старое кресло в углу, улеглись в нём. Надя, постелив туда кошачью простынку, чтобы пахло «своим», принялась распаковывать остальные вещи. Всю последнюю неделю перед отъездом она просидела дома. Пару раз побеседовала с Ниной по телефону, несколько раз заходил Александр с твёрдым намерением серьёзно поговорить. Анна Павловна неоднократно приглашала навестить их, но девушка всегда находила срочные дела, которые никак не терпели отлагательства, или любые другие причины, из-за которых не было никакой, даже самой малюсенькой возможности принять приглашение. Ей никого не хотелось видеть, ни с кем не хотелось разговаривать, кроме одного человека, а он-то как раз не звонил, не приходил и не пытался её увидеть.
Годы учёбы в университете пролетели быстро. Лекции, лабораторные и практические занятия, факультатив по фотографии, работа сторожем в детсаду, а потом и в редакции газеты сначала внештатным, а потом и штатным, правда, на полставки, корреспондентом, занимали всё время. Вот уж скоро и двадцать пятое мая. День исполнения мечты — получение диплома журналиста. Ровно через две недели.
А сегодня одиннадцатое, бабе Вере, Надиной хозяйке, семьдесят лет. Странно, что ни одна из дочерей не приехала. Похоже, что даже открытки не прислали: обычно баба Вера хвастается. А может, просто не дошли ещё или, может, что случилось с ними? Ведь только чуть более двух недель назад, двадцать шестого апреля, произошло событие, которое отразилось на всём человечестве, — взрыв на Чернобыльской атомной электростанции, что находится в ста десяти километрах от Киева. Да, отличился 1986 год! Средства массовой информации не могут остаться в стороне от этого события. Страна возмущена тем, что людям не сообщили правду вовремя, и все они первого мая, на всесоюзный день трудящихся, вышли на демонстрацию, прихватив с собой детей, вручив им в руки яркие воздушные шары и флажки, чтобы прославлять партию и правительство, которое обеспечивает им счастливое детство.
Всё чаще Надя вспоминает мудрого старика Кузьму, который сомневался в необходимости человечеству научно-технического прогресса и электричества, в частности. А ведь прав оказался старый знахарь, как в воду глядел.
Жив ли? Вряд ли, стар уже. Да и жил где-то там, поблизости, возле границы с Белоруссией. А если жив? Помолись за нас, мудрый знахарь, перед своей иконой. Пусть поможет людям пережить катастрофу, если только она может помочь.
После получения диплома Надя готовилась поехать в командировку в город Припять. Она хотела своими глазами увидеть то, что там произошло, и рассказать об этом людям. Ведь она теперь дипломированный журналист. Вот он — шанс быть сильной, смелой и полезной людям. Шанс добиться уважения к себе. Деда Кузьму навещу, если жив ещё. А если нет, поищу того, кому рукописи достались…
А сегодня баба Вера…
Хозяйка баба Вера, у которой квартировала Надя, была женщиной скупой, даже жадной, но неглупой. И если в первый год проживания молодой жилички в её доме она всячески пыталась контролировать Надины передвижения и интересы, то позже, увидев, что девушка ведёт правильный, даже несколько замкнутый образ жизни, перестала это делать и иногда баловала её своими плюшками, которые ранее пекла для своих детей, а один раз даже для внуков.
Две её дочери выросли, разъехались по большим городам, родили по внуку, выйдя замуж за преуспевающих комсомольских вожаков, и совсем позабыли о своей матери. А что можно взять со старухи, у которой за душой нет ни копейки. А плюшки? Обойдутся они без её плюшек. Один раз, двадцать лет назад, они, правда, собрались на бабы Верино пятидесятилетие, с мужьями и детьми. Это был тот единственный раз, когда она видела своих внуков и угощала их своей отменной выпечкой.
Женщина нажарила, наварила, напекла. Надела своё самое нарядное ультрамаринового цвета шерстяное тронутое молью платье, которое специально берегла для особого случая, как этот. Гости брезгливо оглядели покосившийся забор, местами прохудившуюся крышу, от души поели, попили, подарили имениннице платок и французские духи Climat за двадцать пять рублей и удалились, чтобы больше никогда сюда не приезжать.
Поначалу дочери слали матери поздравительные открытки с Новым годом и днём рождения, потом открытки стали приходить только на Новый год, а теперь почтальон совсем забыл сюда дорогу.
А баба Вера тосковала. От времени тело скукоживалось, от безысходности душа черствела. Складывала накопленные деньги в чулок и ждала, ждала…
Воскресные чаепития с Надей, если только она не работала, входили в привычку. Они радовали старуху, давали ей ощущение, что не совсем она жизнь свою профукала, есть ещё маленькая возможность почувствовать себя нужной и, может быть, даже сделать доброе дело. Иногда из-под пола, который тщательно скрывала от любопытных глаз под старой рогожей, она доставала бутылку вишнёвой наливки.
