Читаем Душа онлайн бесплатно
— Ну да, поехать. Куда поехать? Ты что, с ума сошла? Он — женатый человек. Жизнь ему испортить хочешь? Если б ты ему нужна была, то сам бы приехал. Прощения бы попросил, ты бы его простила. Ведь простила бы?
— Простила. Я люблю его.
Нинино лицо исказила ехидная гримаса.
— Ага, любишь, — саркастически прошипела она, — и трахаешься с кем попало. Какой у тебя по счету был, пятый? Десятый?
— Двадцатый! Да что ты понимаешь! — яростно вспылила Надя. — С кем попало? Ни с кем попало, а с кем хочу! Что же мне теперь делать? Он же женился!
— Так ты что, назло ему? Так выходи за Сашу.
— Неважно, — Надя отвернулась к столу и начала перекладывать с места на место ложки, чашки, тарелки — всё, что попадало под руку. — А за Сашу не хочу. Зачем человеку жизнь портить? Не люблю я его.
— Нельзя так, Надежда…
— Вот есть у тебя Родик, вот и люби его, и спи с ним. Радуйся, что он один у тебя любимый, а в мою личную жизнь нечего нос совать, — злилась подруга.
— Родик — мой муж, — возмутилась Нина, — я за ним замужем, забыла? Да, я люблю его, потому и замуж вышла. Но ты не переживай, Надюш, будет и у тебя ещё любовь, если в чужих постелях прыгать перестанешь.
— Не будет. Но если мне не удалось выйти замуж за первого, кого полюбила, то что, я и не человек уже? Хорошо тебе — повезло с Родиком: встретились, полюбили, поженились. А мне, похоже, всю жизнь в старых девах ходить… Так хоть… Ладно, прости… больная тема…
Надя отвернулась от подруги, давая тем самым понять, что разговор на эту тему окончен. Нина и не собиралась продолжать его, понимала, что неспроста Надя так ведёт себя. Что-то нехорошее было в жизни подруги, что толкает её из объятий одного парня в постель другого.
Подруги выпили ещё по чашке чая, поговорили о том о сём и расстались до субботы.
В начале 80-х годов XX столетия в стране произошли большие перемены. Советский лозунг «Всё вокруг общественное, всё вокруг моё» трещал по всем швам. Люди, наконец, поняли, что «ихнего» нет ничего. Стали появляться вольнодумцы, которые сеяли крамольные мысли о том, что Запад, где всё — чьё-то, живёт лучше. Послушав крамольников и оглянувшись вокруг, народ увидел, что не только на «загнивающем Западе» народ живёт лучше, но и у нас в развитом социализме, где, по идее, строителей коммунизма должно быть «равенство и братство», достаток делится не по-братски.
Вот и в Тарасове, который всё ещё лихорадило от убийства жены теперь уже бывшего заместителя председателя райисполкома Верещагиной Маргариты Михайловны, во время расследования появились вопросы к действующему председателю райисполкома Губенко Степану Егоровичу. Особенно много вопросов возникло у следователя местной районной прокуратуры, Ивана Ивановича Котило.
— Степан Егорович, — спросил старый следователь, войдя в кабинет председателя без приглашения, невзирая на запрет секретаря, — а скажите мне, пожалуйста, как так вышло, что Верка Мотыга, человек без специального образования, назначена директором ювелирного отдела районного универмага?
Котило неоднократно просил Степана Егоровича зайти к нему, чтобы поговорить об убийстве жены заместителя. Потом «бомбил» председателя повестками, но Губенко не приходил — избегал разговора. Тогда Иван Иванович, не привыкший отступать, явился в кабинет председателя без приглашения и повестки, с самого утра.
— А я её шо, назначал? — Губенко сразу попытался взять инициативу в свои руки. — И вообще, вы, товарищ… хм… хто вы там по званию, на каком основании ворвались в мой кабинет и допрашиваете? Да ещё и повесткой вызвали. Хотите, чтобы весь город Тарасов знал, что я, вместо того чтобы заботиться о благе народа, по всяким милициям шатаюсь?
— Я вас не вызывал, Степан Егорович, а приглашал, — Котило был сама любезность, — а вы, похоже, считаете, что убийство жены вашего заместителя — недостаточное основание для беспокойства? Или Верещагины не относятся к жителями города Тарасова?
— Бывшего, бывшего заместителя.
— Да, кстати, почему Верещагина сняли с должности? В чём он-то провинился? — Иван Иванович, проигнорировав и напыщенный тон собеседника, и «хто вы там по званию», и «какую-то» милицию, усмехнулся в усы.
— А как же!? Вы шо, не понимаете?! Он женат на женщине — расхитительнице народного имущества.
— Был. Был женат, — Котило хотелось врезать этому зажравшемуся деятелю, он знал уже, кто подставил бедную женщину и по чьему указанию её убили, но изо всех сил старался держать себя в руках. — И должен вам официально заявить, что Верещагина Маргарита Михайловна ни ювелирных украшений, ни денег не крала, и поэтому муж её должен быть восстановлен на работе.
— Как?! — Губенко, несмотря на тучность, подскочил, как будто он сидел не на деревянном, с мягкой зелёной обивкой стуле, а на электрическом.
— Что «как», товарищ председатель райисполкома? — старый следователь опять еле сдерживал нотки иронии в голосе. — Как восстановить? Так вам лучше знать процедуру восстановления на работе незаконно уволенных людей.
— Как не воровала? Как вы узнали? У вас есть доказательства? Что это за доказательства, вы должны мне всё доложить.
