Читаем Душа онлайн бесплатно
Под чутким руководством врачей и благодаря надлежащему уходу с Надиной стороны Богдан поправлялся удивительно быстро. Уже на второй день он поднялся, на третий — сам ходил по стеночке в туалет, на пятый — стал проситься домой. Его благополучно продержали в больнице ещё десять дней, а затем, выписав больничный лист на две недели и порекомендовав взять профсоюзный отпуск на месяц, с Богом отпустили. Усевшись на переднее сиденье Костиных потёртых временем «жигулей», раненый направился домой на восстановление.
А для Нади Ярош пришло время сделать следующий шаг к своей мечте — получить образование. Для этого ей не обязательно было уезжать из города, к которому она привыкла, но ей хотелось уехать. Ей хотелось оставить в прошлом этот город и всё, что в нём произошло. В конце-концов ей хотелось оставить в прошлом само прошлое. Она собиралась ехать в славный город «K-в» для учебы в университете. Съездив туда заранее, Надя устроилась на работу сторожем в детском садике, сняла себе маленькую квартиру с отдельным от хозяйки входом недалеко от университета. Она всё рассчитала: никаких затрат на общественный транспорт, возможность перекусить в детском саду, стипендия (она будет стараться хорошо учиться). Будет, конечно, тяжело, но ей не привыкать. После разговора с дедом Кузьмой что-то открылось для Нади. Теперь она отчетливо вспомнила все душевные разговоры, которые вела с Наташей. Как же она могла забыть! Эта красивая молодая женщина, умирая, была весела и полна позитива. Она оставляла любимого и любящего мужчину, сына, друзей, да жизнь, в конце концов, и у неё ещё хватало силы и желания разговаривать с ней, с Надей. А она? А она распустила нюни и стала такой… такой… Какой?
Что, страшно честно посмотреть себе в глаза? А что ты знаешь о честности?
Надя подошла к зеркалу и глянула на своё отражение в нём. Приятное худощавое лицо с маленьким носом сливкой, наивной верхней губкой домиком, именно она притягивает мужские взгляды, темно-коричневые, забранные в конский хвост», не слишком густые волосы…
«Господи, да что ж это я всё хожу вокруг да около? Волосы, нос, рот… Я что, не знаю, как я выгляжу? Да, прав дед Кузьма, очень трудно честно посмотреть себе в глаза! Особенно, если через них ты хочешь заглянуть себе в душу».
Девушка взмахнула своими длинными ресницами и посмотрела на себя. Вначале она не могла понять, что и как надо сделать, чтобы получилось заглянуть в свою душу. Она снова увидела симпатичную девушку с небольшими темно-карими европейской формы глазами. А потом вдруг почувствовала, что ей стало стыдно. Стыдно за то, что она все время себя жалеет, за то, что обижалась на своих бабушку и деда, которые её вырастили. За то, что она не хочет быть такой, как мать, хотя ни разу не попыталась найти её и узнать, какая же она на самом деле, за то, что дала себя изнасиловать, и за то, что оказалась такой слабой, что решила свести счеты с жизнью.
А может, прав дет Кузьма, и всё это случилось потому, что иначе не могло быть? Потому, что в том, что случилось, есть смысл? Какой же в этом может быть смысл? Интересно, если бы всё повторилось опять, могла бы я поступить по-другому?
Как же ты, бедная моя Душа, выдержала эту боль, алкоголизм и бл…ство? Что же я с тобой сделала? Я забыла всё, что говорила мне лучшая из женщин, даже колечко её потускнело, а я и внимания не обратила. Спасибо тебе, дедушка Кузьма, спасибо, Наташа.
Теперь Надя с трудом оторвала взгляд от своего отражения в зеркале и подняла трубку телефона.
— Ниночка? — спросила она после того, как гудки прервал звонкий голосок: «Алё!» — Нинуль, я уезжаю завтра, хотела поблагодарить тебя за всё. Особенно за деда Кузьму.
— Как уезжаешь? Как завтра? Ты же говорила, что тридцатого, а завтра только двадцать восьмое… А кошки как же?
— Кошек я с собой забираю. Мне там обустроиться ещё надо, да и на работу уже тридцатого в ночь… Просто хотела поблагодарить тебя за всё.
— Не-е-ет, так дело не пойдёт. Приходи к нам, посидим, отметим, проводим тебя по-человечески. Я Сашу приглашу…
— Нет, Нинуль, не надо Сашу. Он хороший, он очень хороший, но… И провожать меня не надо… Я спасибо сказать хотела. За всё. Я напишу. Пока.
— Ну, пока, коль не хочешь… Но как-то не по-человечески…
— Скажи, Нин, ты когда-нибудь пробовала заглянуть себе в душу?
— А как это? Зачем? Надь, у тебя всё нормально? Болит что?
— Болит…
— Господи, что болит? Может, скорую вызвать или приехать?
— Нет, Нинуль, не надо скорую и приезжать не надо — не поможет.
— Так что болит-то?
— Душа…
— Ну вот, девочки, мы и дома.
Надя открыла большую коробку из-под магнитофона, вытащила из неё по очереди Клёпу и Виолу и поставила на пол. Кошки испуганно оглядывались, тогда хозяйка стала поглаживать их по шелковистым спинкам, и страх постепенно исчез. «Наша хозяйка — самая лучшая. Это другие двуногие могут запустить камнем, пнуть ногой или дёрнуть за хвост. Надя — она святая, — думали кошки, — она никогда в жизни никого не обидит и не предаст. В этом нет ни малейшего сомнения».
