Читаем День до вечера онлайн бесплатно
— Мы есть хотели, — недовольнее прогудел парень.
— Минуточку, товарищ милиционер, — позвал я со своего места. Он не торопясь подошел, за ним и трое нарушителей. — Это я виноват. Они попросили оставить, я разрешил. Показалось, большой беды не будет. Теперь, вижу, заблуждался. Виноват и готов к наказанию.
— Почему до сих пор молчали?
— Смалодушничал. Духу не хватило признаться.
У женщины взлетели на лоб брови, растворились губы, она по-детски, полно и искренне изумилась; парни же и теперь стояли как стояли, с пустыми, постными лицами.
— Вы эти фокусы мне кончайте, — сказал милиционер и поправил выбившийся из-под фуражки рыжий вихор. — В следующий раз не прощу.
— Благодарю вас. Следующего раза не будет.
— Забирайте свою машину! — прикрикнул он на рязанских. — Быстро! Уносите! Чтоб я вас здесь не видел!
— Мы есть хотели, — буркнул парень, направляясь к машине.
Вдвоем они легко ее подняли и понесли. Женщина, проходя мимо стола, подморгнула, приостановилась и потихоньку выложила сверху на книги небольшой кулек.
«Что это?» — спросил я ее взглядом. Она прислонила палец к губам, еще раз подморгнула, улыбнулась и пошла догонять парней.
Пока я развязывал узелок, раскрывал добротно, по-деревенски упакованный кулек, их и след простыл.
А внутри я обнаружил кусок жареной курицы, два гусиных яйца и ломоть нездешнего серого хлеба.
Многих «своих» успел я узнать, но и среди них этот был особенный. В плаще, шляпе, с портфелем в руках, лет сорока. На вид обыкновенный скромный служащий. И странные для мелкого вора книги утягивал — учебники по общественным дисциплинам.
Примелькался. Вскоре отметил я его. Он никогда ничего не покупал (хотя бы для отвода глаз), только смотрел, листал, а когда уходил, я обнаруживал пропажу. Работал при скоплениях покупателей, выбирал моменты, когда бездельем я не томился.
Как я ни старался, поймать его на месте, за руку, и публично уличить, унизить, осрамить, не удавалось. Более того, я видел, что и он знает, что я все про него знаю… Бывало, встретимся взглядами, сверлю его, буравлю, всячески стараюсь показать, как я к нему отношусь, сегодня уж, мол, буду начеку, не позволю украсть. И сам так, чтобы он видел, сдвигаю учебники к внутренней кромке стола, к себе поближе. Он же невозмутимо выслушает молчаливый, страстный мой монолог (все читал по глазам) и опять за свое. И выждет-таки, когда меня отвлекут, возьмет-таки то, на что нынче нацелился… Прямо до смешного доходило. Двухтомник «Истории СССР» у меня лежал, том первый сверху, второй под ним. Вижу, заинтересовался. Причем только вторым томом. Полистал, поменял местами, второй том сверху положил. Я переменил как было. Он опять взялся будто бы смотреть. Я говорю:
— Вы уже смотрели. Хватит. Хотите покупать — покупайте.
Он плечами пожал и ушел. Ушел и ушел, и слава богу, сегодня хоть ничего не взял. Я вскоре и думать в хлопотах о нем забыл, и вдруг глянул — нет второго тома. Стянул-таки.
Вот такой ловкач.
Я уж и участковому жаловался, да что толку. Им надо поймать, привести, да со свидетелями, вот тогда они его пожурят, на работу сообщат, постараются отвадить. А мне от стола не отойти. Да и что отойти, раньше ведь поймать надо.
Ну, замучил, затерзал. Плохо спать стал, все думал, как бы с ним совладать.
Надумал постращать самостоятельно.
Объявился он в очередной раз, а я громко, чтобы покупатели и прохожие слышали, говорю, пальцем указывая на него:
— Товарищи, это вор. Посмотрите на него. И остерегайтесь. Он у меня бессчетно книжек своровал.
Нимало не растерялся. Секунду-другую, может быть, помешкал и — захохотал. Вольно так захохотал, басовито, раскатисто, в свою очередь на меня пальцем показывая. С тем и ушел — смеясь.
Но я решил не отступаться. На другой день говорю ему:
— На вас досье завели. Сфотографировали. Так что ждите гостей.
— Неужели? — улыбается.
— А вы как думали? Я на суде свидетелем буду.
— Мальчик мой, — говорит, помолчав. — Занервничал. Ладно. Я добрый. Досье, — хохотнул. — Пожалею. Живи без меня, скучай, — приподнял шляпу. — Всего наилучшего.
И ушел. И больше никогда у стола моего не появлялся.
— Сидишь?
— Сижу.
— И как?
— Вроде ничего.
Работяга. В спецовке. Руки тяжелые, большие. И сам крупный, внушительный. И взглядом прямо жмет, давит.
— То-то я вижу. Очки надел. Бездельник.
— В чем дело, уважаемый? Чем я вас обидел?
— Работать надо, понял, бездельник? РАБОТАТЬ!
Брезгливо отвернулся, и крупным, рассерженным шагом пошел прочь.
— Здорово.
— Привет.
— Ты меня не знаешь. А я тебя знаю. Тут, в подвале работаю. Слесарь-механик. Женя я. Будем знакомы.
— Будем.
— Книжками торгуешь? И покупают?.. Может, и мне купить?.. Я про войну люблю или про убийства. Есть такие?
— Вот. «Танки идут ромбом».
Взял книгу, подержал на весу и отложил.
— Хорошая книга, потом куплю… Слышь? Ты деньгами не богат? Трояк бы. А? До получки. У меня шестого получка, шестого и отдам.
Я дал ему взаймы три рубля.
