Читаем День до вечера онлайн бесплатно
Еще долго слышались смех и песни там, в верхнем зале, и я стоял, повернув туда голову, вслушиваясь, пока все не стихло.
Ходко, нарасхват шла книга Ершова «Подростки». И вдруг — заминка. Девушка (по всему видно, школьница), отстоявшая всю очередь и уже было взявшая книгу, неожиданно запнулась: «Ой, а у меня не хватает» — засмущалась, лицо краской облилось.
— Денег не хватает?
— Я забыла, что по дороге мороженое съела, — виновато, сконфуженно призналась она и вернула, положила книгу обратно.
Она так искренне расстроилась, так, видно, хотела книгу купить, что я не мог не пойти ей навстречу.
— Ничего, — говорю, — берите. Сколько у вас не хватает?
— Двадцать семь копеек.
— Пустяки. Потом занесете.
— Правда? Вы мне доверяете?.. Я принесу, честное слово. Спасибо вам большое-пребольшое.
И она радостная ушла.
Я действительно не сомневался, что она вернет долг. Но минул день, другой, прошла неделя, а девушка не появлялась. И наконец, когда я и помнить о ней перестал, вижу, бежит. Улыбается, рада.
— Ой, здрасьте. Вы, наверное, уже плохо про меня думали? Думали, знаю. Конечно: обманула. Обещала и не принесла.
— Будет вам. Ну, и не принесли бы, дело какое. Книга-то хорошая, понравилась?
— А я еще не прочла… Ой, а то позабуду, — торопливо достала из сумочки кошелек. — Вот возьмите. Столько я вам должна?
— А почему вы книгу не прочли? Вы ведь так хотели ее иметь?
— У меня бабушка умерла, — помолчав, тихо сказала она. — Мы с мамой в Саранск ездили, на похороны. Я потому и не смогла быстро прийти.
— Извините. Понимаю.
— Спасибо вам. Большое-пребольшое.
— Пустяки. Что тут особенного.
— Нет! — лицо ее сделалось вдруг серьезным, строгим. — Поверить незнакомому человеку — это так много, вы не представляете.
— Почему же не представляю?
— Нет, нет. Вы так спокойно об этом говорите.
— Обыкновенная вещь. Так и говорю.
— Что вы, — замахала она на меня руками. — Доверие — ведь это… это самое главное в жизни. Без доверия нельзя жить. Все должно быть построено на доверии… Ой, я так это поняла. Что вы. Вы ошибаетесь.
— Я старый, — пококетничал я. — Мне можно.
— А, я понимаю, вы нарочно. Разыгрываете меня. На самом деле вы ведь так не думаете?
— Я думаю, что доверие и искренность между людьми должны быть полными. Это практически недостижимо, но к этому надо стремиться. Доверие должно войти в кровь, в обиход, как, например, деньги. Тогда им не нужно будет и восхищаться.
— Я подумаю над вашими словами, — и помолчав, попросила: — Дайте вашу руку. — Я дал; она торжественно, как генерал солдату, пожала ее. — Спасибо вам большое-пребольшое. Вы многому меня научили.
И ушла.
Наверное, месяц, не меньше, лежала у меня одна книга, никак не брали. О войне. Я полистал. Обзорная. И дороговата, ценой около пяти рублей — отчасти потому и не покупали.
Но вот взял один молодой человек. Слава богу, с плеч долой — надоедает, когда долго лежит.
И надо же так — не успел молодой человек отойти с книгой, как следом другой попросил точно такую же. Неказистого вида пожилой человек, с каким-то разбитым, изжитым лицом, нервный, с покрасневшими ледяными глазами, при усах в проседь и с палкой у ног.
— К сожалению, последний экземпляр.
— Жаль. И не ожидается?
— Вряд ли… Хотя постойте. — Я припомнил, что в магазине, кажется, видел на прилавке — лежит. И пообещал: — Попробую что-нибудь для вас сделать. Приходите завтра.
— Благодарю. Я ищу эту книгу.
— Понимаю. Давайте условимся. Когда вы зайдете?
— Завтра в это же время. Устроит?
— Вполне. Это точно?
— Конечно. Я сам заинтересован больше, чем вы.
— Договорились. Сейчас 17.20. Стало быть, если вас не будет до половины шестого, я выкладываю книгу на прилавок.
— Вы мне не доверяете?
— Дело не в этом. Я люблю точность.
— О, я отлично понял вас, молодой человек, — сказал он с непонятно откуда взявшимся раздражением. — И немедленно продемонстрирую, что доверяю вам больше, чем вы мне. Я вам заранее за книгу заплачу. — Я пожал плечами, мол, как хотите. — Сколько она стоит?
Я назвал цену, он отдал мне деньги, и мы расстались до следующего дня.
Назавтра, как договорились, я привез книгу с собой.
В условленное время он не пришел.
Я не выполнил угрозы, не выложил книгу на стол — мало ли что могло задержать пожилого человека.
И еще две недели затем книга лежала в пазухе стола, ожидая его.
Лишь в конце месяца, сняв остаток (чтобы не остаться без зарплаты), я сдал книгу в отдел и больше не брал.
Спустя некоторое время меня пригласила для беседы к себе в кабинет директор магазина. Она сказала, что на меня приходил жаловаться («Нашел время узнать, где работаю, тогда как за книгой зайти — нет») один пожилой товарищ с седыми усами и с палочкой. Суть его жалобы. Будто бы я обманул его. Будто бы он мне доверился, а я его подло обманул… Когда он был у нас, сказала директор магазина, мы предложили ему взять интересующую его книгу в отделе, но он наотрез отказался. Объяснил, что передумал, так как обижен, и намерен этого негодного продавца (меня) как следует наказать.
Дело, конечно, разъяснилось скоро.
