Читаем В зеркале Фауста онлайн бесплатно
– Я тебя, внучок, сейчас за яйца так прихвачу, что ты у меня до конца жизни фальцетом петь будешь, – мрачно пригрозил Долгополов. – И сыпаться нечему и неоткуда будет, ага?
Брови наглого паренька так и поползли вверх.
– Ну ни хрена себе? Ты волну не слишком высокую поднял, а?
Но тут Антон Антонович, которого в этот вечер заботила совсем другая тема, растопырил пятерню свободной руки и выбросил ее в сторону наглеца:
– Неделю говорить не будешь! Сукин ты сын.
Тот раздулся, хотел что-то выкрикнуть, но Долгополов осек его:
– Две недели! Еще хочешь?
Обалдевший парень замотал головой и тотчас рванул к своим. Но они решили, что он захлебнулся, и с криками потащили его в сторону откачивать.
– Вы и так умеете? – спросил Крымов.
– Умею, куда деваться.
– А вы не слишком были строги с этим придурком? – спросил Крымов.
– Пусть научится говорить со старшими уважительно. Уверен, этой науки ему хватит надолго.
Мимо проходил важный холеный мужчина в смокинге.
– Вы не конферансье? – спросил Антон Антонович.
Тот окинул старичка высокомерным взглядом.
– Я – администратор. А кто вы такой?
– Неважно, кто я такой, – очень вкрадчиво сказал Долгополов, и Крымов сразу понял, что тот включил волшебника-экстрасенса. – Передайте мою визитку Хану Барбакану. Это в его интересах.
– Хорошо, – немного заторможенно ответил администратор. – Будут еще какие-то распоряжения?
– Нет, это все. Но передайте так, чтобы этого никто не видел.
– Будет сделано, – поклонился администратор.
– Я разглядел на визитке букву «Z», – сказал Крымов. – Что это значит?
– Потом расскажу – длинная история.
– Ладно.
Они вошли в зал, заняли свои места на галерке. Три стриптизерши зажигательно станцевали, разделись и в голом виде изящно покинули сцену. Эта тема сейчас не тронула ни Крымова, ни тем более Долгополова, который только ворчал, глядя на извивающиеся обнаженные телеса: «Да хватит уже, кошки, проваливайте!»
И вот вышел конферансье и объявил:
– На сцене долгожданный в Москве знаменитый маг Хан Барбакан! И его прекрасная ассистентка Лола! Поаплодируйте им!
Зал оживленно зааплодировал. Вальяжно хлопали те, кто сидел за столиками внизу, перед самой сценой, на вип-местах. Они дорого заплатили и хотели получить максимум удовольствия.
На сцену вышли высокий и стройный Хан Барбакан в смокинге, с роскошной седоватой шевелюрой, с подведенными глазами и его ассистентка в блестящей мини-юбке, короткой жилетке на голое тело, с бабочкой. С платиновыми волосами и в сверкающем котелке, с тонкой серебристой тростью, которую она легко проворачивала в пальцах.
Лицедеи низко и театрально поклонились.
– Два шута из ада, – процедил Долгополов.
– Вечно молодая Лилит, – пробормотал Крымов. – Веселая бы тут началась заваруха, узнай зрители, кто сейчас перед ними.
– Может, еще и узнают, – мрачно откликнулся Долгополов, – мы только в начале представления.
Хан Барбакан спросил у зала:
– Что может Бог и что может человек?
Ему не ответили – тут такие вопросы задавали нечасто.
– Бог может все, человек почти ничего, – ответил за всех заезжий маг. – Но так ли верна эта досужая истина? То, что человек может немногое, это правда. Куда ему? Кишка тонка. Но все ли может Бог? Так ли мы довольны его деяниями? Почему жизнь человека так коротка? За что такие издевательства: не успевает он, человечек, всему научиться и войти во вкус, а пора уже ложиться в гроб.
Циничные смешки полетели по залу.
– Справедливо ли это? Нет! А болезни? Зачем их придумали? Чума, холера, проказа, туберкулез, СПИД? Человек болеет и умирает в муках подчас молодым, но разве это справедливо?
– Нет! Нет! – полетело из зала.
– Так хочет Бог! – сам ответил за всех Хан Барбакан. – Это единственный ответ, который мы слышим! Так хочет Бог. Он сказал: пора подыхать – подыхайте и не вякайте!
Антон Антонович заерзал в своем кресле.
– Примитивные вопросы для примитивной публики, Андрей Петрович.
– Вы не на форуме философов.
– Я бы сейчас ответил этому умнику в смокинге, что почем.
– Тише! – оборвал его Крымов.
– А может, Бога и нет? – громко выкрикнул кто-то. – И все это туфта?
– Может быть! – быстро ответил маг. – Его присутствие или неприсутствие в этом мире недоказуемо! И все-таки мы каждый день произносим его имя: «Боже, за что?! – Он сжал кулаки, глядя в потолок клуба. – Боже, почему у меня сгорел дом? Почему я лишился высокооплачиваемой работы? Почему от меня ушла жена и любовница, и обе в один день? Почему я попал в аварию, разбил „Ламборджини“ и сломал шею? И теперь буду подыхать на больничной койке, как овощ, с трубкой во рту?! За что, Господи?!»
В зале уже смеялись.
