Читаем В зеркале Фауста онлайн бесплатно
– Ты бы села в кресло, Аделаида, – кивнул он. – В ногах правды нет.
И она послушно опустилась в свое хозяйское кресло, но смотрелась в нем сейчас совсем не по-хозяйски. Она обхватила себя руками и дрожала, словно попала из тепла в стужу.
Тем не менее крышка маленького золотого ларчика, лежавшего на ладони гостя, открылась, и любопытные головы потянулись в ту сторону – всем хотелось увидеть, что же скрывает миниатюрный сундучок?
А Горецкий зачерпнул из ларчика густую щепоть чего-то привлекательно сверкающего и бросил эту изумрудно-золотистую пыль на зеркало. И эта сверкающая пыль побежала по отражающей поверхности во все стороны, стала рассыпаться по ней, стоявшей вертикально, не оставляя свободным ни одного участка. И скоро все зеркало было охвачено этим золотисто-изумрудным сиянием, а затем и оно исчезло – и большое зеркало в глубине гостиной стало одним открытым окном в другой мир. Так показалось всем, кто глаз не мог отвести от него. Потому что там сейчас творилось нечто фантастическое, переливаясь всеми цветами радуги, там бурлила своя жизнь, магическая, желанная, манящая, до которой хотелось дотронуться рукой, в которую хотелось войти…
– Перед вами двери в прошлое и будущее, и мне осталось только назвать имя той, кого я хочу увидеть, – сказал Горецкий. – Вы готовы увидеть ее вместе со мной и поприветствовать в этой гостиной?
«Готовы! Готовы! – восхищенно взвыл камерный зальчик. – Но кто она?! Кто?!»
– Два слова об этой великой женщине, – произнес Горецкий. – Она родилась в 1876 году в Нидерландах, в восемнадцать лет вышла замуж за капитана колониальной армии, но брак этот не дал ей счастья. Капитан напивался и грозился убить ее. У нее родились двое детей, и оба они умерли. Чтобы забыть такую жизнь, ей пришлось родиться заново. Но высшие силы сполна наделили ее красотой, талантами и великой силой завладевать сердцами людей. Она работала танцовщицей, цирковой наездницей, натурщицей у художников, она гадала по руке, а потом уехала на восток и вернулась оттуда другим человеком с новым именем. Она овладела искусством индийских экзотических танцев и с ними вышла на сцены Парижа, а позже и сцены других стран Европы, чтобы имя ее вспыхнуло новой звездой на небосклоне и никогда бы уже не зашло. Она превратила свое имя и свою жизнь в легенду! Я чувствую, как трепещет эфир, как она приближается к нам! Вы готовы встретить ее?!
«Готовы! Готовы!» – вновь завыла гостиная.
– Маргарита Гертруда Зеле, явись к нам! – торжественно потребовал Горислав Игоревич Горецкий. – Это ее имя от рождения. Но второе имя заново родившейся в переводе с малайского языка означает «Солнце»! Мата Хари, выйди к нам, мы ждем тебя!
«Мата Хари! Мата Хари!» – понеслось по гостиной Калюжной.
И вот уже все увидели в переливах зеркала приближающийся силуэт молодой женщины в восточном костюме, а потом и сама она осторожно прошла через зыбкую цветную преграду и оказалась на импровизированной сцене. Все ее полуобнаженное тело было покрыто золотыми украшениями. По изящной шее были рассыпаны золотые звезды с рубинами, золотые и серебряные браслеты украшали плечи и предплечья, тонкие запястья. Золотые и алые ленты и нити жемчуга были вплетены в косы, хитро уложенные на голове, и золотые рога расходились в стороны. Было видно, что женщина изумлена не менее, чем все зрители в этом зале. Что ее визит оказался такой же неожиданностью для нее самой, как и для других. Что она смущена, что она трепещет. Но она не была похожа на дух умершего человека! Она была тем самым живым человеком, которого переместили из одного времени и пространства в другое время и пространство. Вырвали и заставили быть здесь.
– Где я? – оглядываясь, спросила она. – Кто вы, дамы и господа?
– Мы – твои поклонники, – сказал Горецкий. – Станцуй для нас, богиня.
«Станцуйте для нас! Станцуйте!» – почти что заплакали все.
Но их вопли и плач не коснулись ее слуха. Она посмотрела на своего необычного конферансье и спросила:
– Этого хочешь ты?
– Этого хочу я, и этого хочет она, – был его ответ.
– Тогда я подчиняюсь, – с поклоном ответила женщина. – Но тут очень тесно, – огляделась она.
– Что теснота для гениальной танцовщицы? – безжалостно усмехнулся Горецкий. – Ты справишься.
– Я подчиняюсь, – вновь поклонилась она.
И было ясно видно, что тут присутствовала такая сила, которой она не могла перечить.
– Музыканты, начинайте! – громко крикнул Горислав Игоревич. – Прошу, великолепная Мата Хари!
