Читаем В зеркале Фауста онлайн бесплатно
– А у нас в квартире газ, – отшутился детектив.
– Вот и я о том же. У вас есть рапира, Крымов?
– У меня рапиры нет.
– Ну вот, какой вы тогда Зорро? А вот у меня есть.
– А я и не претендую на столь почетное звание, между прочим.
– А вы попретендуйте! Кто вам сказал, что это не обо мне слагали легенды? Что это не я был народным героем Латинской Америки?
Крымов вздохнул:
– Давайте-ка лучше выпьем, а то вы какой-то нервный больно, Антон Антонович. Поездка в Москву на вас подействовала удручающе. Да еще перелет в Сибирь, там и совсем ужас был. Я сам едва оклемался…
Андрей разлил наливку по стопкам. Но в Долгополове все еще бурлило и клокотало подозрительное возмущение.
– Знаете, сколько этой рапире лет?
– Ну сколько? Сколько вашей рапире лет?
– Много!
– Я так и думал.
Они выпили.
– Двести! А знаете, кто мне ее подарил?
– Кто?
– Конь в пальто. Симон Боливар, вот кто. Мой старинный друг, между прочим. Или вы считаете, что Зорро должен обязательно быть двухметрового роста, как каланча?
– А, вот откуда ноги растут, – понял Крымов. – Теперь ясно. Рост! Давайте выпьем еще. Подобреете, может быть.
– Может быть, и подобрею. А может быть, и нет. Давайте выпьем и тогда посмотрим.
Они выпили еще. Молчком закусили яблоками из сада Антона Антоновича.
Крымов бросил вопросительный взгляд на старшего товарища:
– Значит, вы уверены, что Агриппа Неттесгейм – это…
Последнее слово, местоимение, так и застыло у него на устах.
– Уверен.
– На все сто?
– На все тысячу.
– Ясно.
– Тогда скажите, Антон Антонович, как же пятьсот лет назад Фаусту удалось вырваться из лап своего нанимателя? Я все-таки не совсем понимаю.
– Договор, – задумчиво кивнул бодрый старик. – Все дело в договоре, подписанном кровью. – Он потряс съеденным на треть яблоком. – Эта святыня, Крымов, ненарушима, а Фауст оставил в нем для себя лазейку!..
Они остановились на дороге среди зеленых горных вершин, которые открывали панораму небольшой альпийской деревушки Кицбухель на берегу волшебного горного озера Аден.
Агриппа Неттесгейм держал узду своего черного коня, Антоний Августин – осла Апулея. Бодрый старик ничуть не изменился за прошедшие годы, а вот рыцарь осунулся лицом, и бороду его побила седина. Но глаза горели все тем же праведным огнем, как и прежде. Сердце его было все еще крепко и молодо и готово к бою.
Это было долгое время поиска, но вот и оно подошло к концу.
Они въехали в горную деревушку. В таких вот закутках, подальше от цивилизации, и селятся изгои и беглецы. Запирают двери на десять замков, и даже ближайшие соседи видят «этих чужаков» крайне редко.
– Где у вас живет Йозеф Фукс? – спросил рыцарь у первой молодой крестьянки, что шла с корзиной навстречу.
– Наш лекарь? Крайний дом с той стороны деревни, мой господин, – ответила она. – Вы не перепутаете. У него на втором этаже всего одно оконце, и то всегда закрыто. Мы его не беспокоим понапрасну.
– Благодарю тебя, дочь моя.
Они ехали по центральной дороге, оглядывая дома.
– Лекарь? – риторически спросил рыцарь.
– Ну, с его-то умениями! – усмехнулся бодрый старик на осле. – Наверное, обидно лечить голодранцев, когда по миру живет столько недужных царей и королей, готовых осыпать тебя золотом?
В горной деревеньке все дома были фахверковые. Деревянный остов, темные балки тут и там крест-накрест, и выбеленные стены.
В таких домах, как правило, жила немецкая беднота.
У Йозефа Фукса и впрямь на втором этаже было только одно окно, и даже сейчас, прекрасным июльским днем, оно оказалось закрыто. Как и все окна на первом этаже. Не слишком-то общительным был этот лекарь альпийской деревушки Кицбухель.
Неттесгейм взошел по ступеням и громко забарабанил пудовым кулаком в перчатке в дверь. И барабанил так, пока за дверью не зашаркали шаги и не послышался вопрос:
– Кто там?
– Свои. Открывайте, герр Фукс.
И тот открыл дверь, но не потому, что услышал «свои», а потому что понял: такой гость легко вынесет дверь в считаные секунды, и тогда придется с ним объясняться на ином языке.
– Кто вы? – спросил пожилой сутулый человек с длинными седыми волосами, одетый в облезлый халат из парчи, который когда-то был, несомненно, дорогим. На голове его торчал высокий колпак, на ногах красовались изношенные кожаные башмаки.
Он смотрел на гиганта довольно долго, а потом отступил:
– Вы?!
– Не только я, – ответил рыцарь.
Из-за спины Неттесгейма вышел его спутник и язвительно улыбнулся хозяину дома:
– Ну, здравствуй, мой дорогой ученичок.
Иоганн Фауст только хлопал глазами.
– Наверное, тебе интересно, как и когда мы объединили усилия с мастером Неттесгеймом?
Но легкий ужас крепко прихватил хозяина дома, и он упрямо молчал. С таким лицом люди, как правило, размышляют: меня убьют прямо здесь, на пороге, или в гостиной?
– Пригласишь нас или так и будешь стоять пнем? – грозно спросил Агриппа Неттесгейм. – Ну, злыдень?
– Проходите, – очнувшись, процедил тот. – Вот уж кого не ждал, так это вашу парочку…
– Так уже и не ждал? – спросил Антоний Августин.
Фауст высунул нос наружу, оглядел улицу и захлопнул дверь.
