Читаем Совок-16 онлайн бесплатно
Собрав документы и мельком их просмотрев, чтобы удостовериться в количестве и соответствии, я единой кипой засунул их в свой портфель. Теперь эти пираты автодорог всецело мои. Как голенькие пионеры в лапах опытного советского педагога Андрея Романовича Чикатило. Тьфу ты черт, прилезло же в голову такое сравнение! Может, место здесь такое злосчастное? Или даже проклятое?
Антон Игумнов стоял, слегка отставив ногу, держа руки за спиной. Выглядел внушительно, хотя по молодости лет ему явно не хватало солидной телесной грузности настоящего начальства. Но строгость выражения лица и холодный, отстранённый взгляд с лихвой компенсировали этот недостаток. Он молчал, делегируя мне всю чёрную работу. А таксисты переминались с ноги на ногу, обменивались короткими, ничего не значащими фразами. Чувствовалось их общее раздражение и желание поскорее от нас отделаться.
— Итак, православные, — начал я, обращаясь к собравшимся, но глядя при этом в блокнот, будто сверяясь с некими списками. — Сегодня утром работников вашего таксопарка отработали сотрудники Октябрьского РОВД. И как я понимаю, всех, кто вчера после обеда находился здесь на стоянке, они опросили. Относительно вчерашнего происшествия. Правильно я излагаю?
Ответом нам были настороженные кивки таксомоторщиков и их невнятное бормотание. Недовольное и более походящее на глухой ропот, нежели на какое-то желание сотрудничать с органами дознания.
— Однако, — я поднял глаза и обвёл их медленным, тяжёлым взглядом, — Информация, предоставленная вами утром, оказалась неполной. Точнее сказать, никакой она оказалась! И потому, по мнению нашего руководства, вы, граждане водители, проявили сознательное сокрытие сведений, крайне важных для следствия.
Ропот из потенциально недовольного превратился в откровенно возмущенный. «Какое еще сокрытие?», «Да мы, что знали, всё рассказали!», «Чего вы привязались-то⁈»
— Тихо! — властно и негромко произнёс Антон. И, о чудо, все возгласы шоферни стихли. А он даже бровью не повёл. Словно укротитель хищников в цирке. Видимо сработал его прежний опыт преподавательской работы и навыки держать в узде внимание нахальной студенческой аудитории. — Продолжайте, товарищ старший лейтенант.
Я быстро прокашлялся и дисциплинированно последовал рекомендации старшего инспектора.
— Как я уже сказал, предварительная проверка ваших показаний признана неудовлетворительной, — начал я накачивать настороженно внимающую публику. — И теперь мы по прямому указанию начальника городского УВД вынуждены провести повторный, и более детальный опрос каждого из вас. Но не здесь, а теперь уже в стенах городского управления внутренних дел. В камерах ИВС которого предусмотрены все условия для такой работы. Поэтому попрошу всех присутствующих пройти к своим автомобилям и далее организованно проследовать на улицу Тухачевского! К зданию УВД. И, чтобы ннепременно единой колонной! — я уважительно кивнул на Игумнова, — Товарищ майор поедет в первом автомобиле, а я за вами выдвинусь замыкающим на нашем служебном. Это, чтобы никто не потерялся по дороге! — намеренно медленно обвёл я строгим взглядом притихших автоизвозчиков. — Можете не переживать, если проявите советскую сознательность и дадите правдивые показания, то уже к утру все будете свободны! Но это неточно…
Это уже была прямая угроза в адрес профсоюза извозчиков. Которая касалась не только их финансового благополучия. Но в любом случае, весь их рабочий день, а возможно, и вечер, окончательно летели в тартарары. Упоминание про казённый дом на Тухачевского и про камеры ИВС до утра, настроения присутствующим не прибавило. Судя по специфическим наколкам на руках у отдельных особей, некоторое понимание об упомянутой мною аббревиатуре «ИВС» имелось. Лица у всех без исключения таксистов вытянулись до лошадиной конфигурации.
— Да вы что, товарищ начальник! — едва заметно поперхнувшись на слове «товарищ», шагнул вперёд коренастый водила лет пятидесяти. С лицом, обветренным не только городскими дорогами, но и явно непростой жизнью. Видать, он и был здесь формальным лидером. Скорее всего, бригадиром. — Мы же, как и вы, люди подневольные! Почти такие же служивые, можно сказать! Нас же начальник колонны сожрёт! Мы же начисто план сорвём! А у нас, между прочим, семьи, дети! — с жаром, но как-то неубедительно, призвал он к сочувствию.
Ну да! Вовремя вспомнил он и про план, и про семьи с голодными детьми! А еще про нереализованную водку. Которой в каждом багажнике не меньше, чем по ящику! Вслух я этого не произнёс, но, что в этом своём предположении не ошибаюсь, был уверен на все сто. В эти славные времена продажа водки в вечерние часы и есть основной заработок таксистов. По спекулятивной двойной цене, разумеется. По червонцу за каждую бутылку, купленную ими в госторговле меньше, чем за пятёрку. Золотое дно!
