Читаем Совок-16 онлайн бесплатно
— Ну-ну… Ты пошути мне еще, Корнеев! — отмахнулся он от моих главных жизненных принципов. — Ладно. Работай и через свою женщину тоже. Только смотри мне, чтобы эта твоя агентурная романтика по всему городу не раззвонила, что милиция какого-то автобусника ищет. Утечёт — я тебя сам, как котёнка придушу и спишу как небоевую потерю личного состава.
— Понял, товарищ майор! — смирился я с полученной угрозой.
— Надеюсь, — буркнул он и снова взглянул на лист. — Машина твоя пойдёт в дело. Не зря ты мне в первый же день про бензин и амортизацию пел. Считай, что по бензину вопрос решён. Талоны я тебе завтра дам. Литров на двадцать пока… Но амортизацию, Корнеев, ты можешь себе отдельно в тетрадку записать, а потом детям своим рассказывать. И не криви рожу! Государство у нас, старлей, доброе и порой даже чрезмерно, но не до такой степени.
В кабинете наконец-то послышались первые смешки. Я тоже усмехнулся, давая понять районному королю сыскарского юмора, что оценил его остроумие.
— Спасибо и на этом, товарищ майор. Век помнить буду! И детям своим закажу!
— Не благодари, — не поняв моей саркастичной весёлости, сурово ответил Тютюнник. — Это не премия, а производственная необходимость. И вообще, ты сильно не обольщайся! То, что ты вчера не совсем обосрался, это не означает, что ты у меня теперь в любимчиках ходить будешь! Просто у тебя всё случайно получилось полезное. Я так полагаю! — тяжелым взглядом медленно оглядел он оперов, — Случайно, — это здесь ключевое слово, если ты не понял. Усвоил?
— Так точно, усвоил! — расслабившись, переступил я с ноги на ногу.
— Вот и хорошо. А теперь слушайте все. С этого момента Корнеев и Игумнов работают по убийству мальчика и по автобусному направлению! На прокурорского Колычева. Но работают от нашего отделения, а не сами по себе. Это значит, что вся полученная информация и все бумажки только через меня. Все выезды за пределы города, если это не горит синим пламенем, только по согласованию со мной! Все сколь-нибудь ощутимые результаты сразу мне на стол и немедленно! Не к концу дня, не завтра и не когда настроение придёт, а сразу. Если ещё раз узнаю о каких-то успехах своих подчинённых от прокурорских или от вышестоящих коллег, то сразу же выгоню к чёртовой матери обоих! Одного назад в следствие, а второго вообще не знаю куда. Да, хоть в ЖЭК лектором-общественником. Мне такие самостоятельные самородки в отделении не нужны! Всем всё понятно?
— Понятно, товарищ майор! — впервые за всё совещание вдруг подал голос Игумнов.
Тютюнник посмотрел на него чуть мягче, чем секунду назад смотрел на меня.
— Во-во! Ты-то, Антон, хотя бы внешне на нормального человека похож, — произнёс он. — Поэтому особенно не позорься. И держись от этого, — он неодобрительно кивнул в мою сторону, — на разумной дистанции. А то он тебя очень быстро плохому научит!
— Уже учит, — честно признался Игумнов, легко слив меня и даже не посмотрев в мою сторону.
В кабинете не стесняясь хохотнули. Даже Тютюнник криво осклабился.
После этой безобразной выходки моего напарника стал обстановка разрядилась окончательно. Дальше пошла рабочая рутина. Уточняли детали. Кто именно и в каком АТП будет проявлять чудеса сыска. Через кого получится быстрее пробить междугородние маршруты. Надо ли сразу подключать городскую уголовку или пока обойтись своими силами. Дабы раньше времени не вспугнуть злодея. И стоит ли поднимать на ноги диспетчеров автовокзала или сначала аккуратно поработать с их рабочими бумагами. Я настаивал, что сначала тихо собрать документацию, а уже потом выходить на людей. Тютюнник с этим согласился. Потом заговорили о старых делах. Борис вспомнил какой-то давний эпизод с подростком в пригороде, который тогда списали на бродягу и пьяный несчастный случай. Стас заметил, что надо бы ещё поднять все жалобы по приставаниям в районе автовокзала. Особенно к несовершеннолетним. которые в своё время не доросли до уголовных дел и остались в отказных. Эта мысль мне понравилась. Такие материалы, действительно, порой лежат мёртвым грузом.До тех пор, пока не случится настоящий и не выяснится, что в отказных давно уже лежали первые звонки будущего серийника.
В какой-то момент Тютюнник неожиданно спросил:
— А потерпевшая эта, Пшалговская, её хорошо отработали?
— Качественно отработали, не видела она нашего мокрушника! — ответил я. — Я её вчера весь день по этому поводу тиранил!
— Очень плохо! — неодобрительно посмотрел на меня майор, словно это я виноват, что Ирина Михайловна не увидела второго упыря. — Нам портрет злодея нужен. Пусть даже очень примерный. Плохой портрет лучше, чем совсем никакого. И ещё… — он посмотрел на меня поверх очков. — Корнеев, если уж тебе так везёт на баб, то смотри, не только трепись с ними, а толк добывай. Чтобы от всей этой твоей лирики хоть какая-то польза была. А то про тебя уже не только по нашему райотделу сплетни ходят!
— Стараюсь соответствовать высокому званию советского милиционера, товарищ майор, — с максимально серьёзным видом заверил я.
