Читаем Ремора онлайн бесплатно
Наверху в обзорном помещении возле прозрачной стены-иллюминатора прямо на полу сидел доктор Чэнь. Согнув ноги в коленях, он почти как ребёнок приобнял их руками и глядел на поток астероидов главного пояса[109], в опасной близости облетающих «Випио». Столкновениям препятствовало незримое защитное поле, отводящее угрожающие объекты подальше от судна.
Физик жестом поздоровалась с врачом, а тот поспешил набрать что-то через дисплей, закреплённый на его левом предплечье. Задерживаться не хотелось, и Зои ускорила шаг, однако Чэнь всё же успел довольно быстро составить свою реплику. Даже не одну.
– Подойдите, мадмуазель Селис, составьте мне компанию, – предложил он. – Мы ведь с вами оба не просто так бодрствуем сейчас.
Выражение его лица говорило о том, что он если уж и не видел то же самое, что и она, то понимал, что с ней происходило.
– Что вы имеете в виду? – спросила она.
Юншэн помотал головой. Чертыхнувшись, Зои извлекла из нагрудного кармана аудиопереводчик и закрепила над ухом. Гибкая панель на её груди ожила. Она повторила вопрос.
– Что вы тут видите? – спросил он и указал на поток разноразмерных небесных тел.
От вида глыб каменных пород, с умопомрачительной скоростью проносящихся мимо, у Селис подкосились ноги. Когда-то давно в детстве снежными зимними вечерами она с подругой намеренно вызывала у себя головокружение подобным зрелищем. Тогда они с Гаелл стояли возле фонаря на лужайке перед храмом и глядели на поток снежинок, представляя, что пилотируют звездолёты и мчатся сквозь скопление светил с прочими небесными телами. Проигрывала та, кто первая падала в сугроб от головокружения. Обычно это была Зои. Кто бы мог подумать, что много лет спустя она будет лицезреть свою детскую фантазию. Только теперь от этой картины не появлялось никакого восторга – лишь одеревеняющий холод ощущения собственной букашечности, микробности, ничтожности.
Стараясь глядеть мимо потока астероидов, она присела рядом с Чэнем и передала ему дисплей переводчика. Тот распрямил колени, подобрал ноги под себя и разместил панель перед собой на полу.
– Я вижу времена, которых уже никогда не вернуть, – ответила наконец Зои. – Умозрительно. А наяву – огромные валуны размером с целые города. Я бы предпочла не видеть этого.
– Что же вас тогда заставило присоединиться к нашей миссии? – спросил роботизированный голос Юншэна.
– Зов пустоты[110], если быть краткой, – улыбнулась физик. – Наука – всё, чем и для чего я живу. Так было всегда, но после смерти Луи… Мы были помолвлены с ним… После его гибели пустота для меня трубит во все горны. Мне даже кажется, что я давно уже сошла с ума.
Чэнь дочитал последние иероглифы и начал набирать свои.
– Рискну предположить, что он выходит с вами на связь? – спросила программа переводчика.
– Вы не можете этого знать, – приподнялась от волнения Зои. – Но откуда знаете?
Врач уже набирал свой ответ.
– Ваши эмоции напоминают мои собственные. Я тоже вижу.
– Луи? – воодушевилась Селис.
– К сожалению для нас обоих, нет, – Чэнь как-то виновато пожал плечами. – В моих видениях это тайконавт. Я долго не мог понять, почему именно тайконавт, пока он не приблизился. Он с каждым разом всё ближе к «Випио», и я не имею представления, что будет, когда мы окажемся совсем рядом. Сейчас он уже на таком расстоянии, что я отчётливо разбираю эмблему на его скафандре – нашивку пилотируемой миссии на «Тянгун». Это Ю Пенгфей. Он погиб, и я проводил его вскрытие. Надеюсь, Ю просто хочет мне что-то сообщить.
Зои не нашла, что ответить на слова Юншэна. Ещё месяц назад Селис бы без угрызений совести сочла его сумасшедшим, но в этот момент понимала: сама она вряд ли может похвастаться большей психической стабильностью.
– Не знаю, как у вас физиков такое называется, но мы именуем это эффектом Соляриса[111], – проговорил переводчик. – В Больнице аэрокосмического центра подобные явления изучаются. Они крайне редки и обычно происходят во времена повышенной солнечной активности. Сейчас же сами понимаете, штормит всю Галактику. По этой причине мы с вами их и видим. Совет Римермана был здравым – не верить тому, что чувствуешь. Иногда, если всё вокруг требует от тебя действий, лучше просто замереть.
Чэнь показал куда-то вдаль перед «Випио».
– Сейчас Пенгфей смотрит на вас, – добавил он.
Физик поёжилась от вида указывающего на космическую пустоту Юншэна. Казалось, будто тот не про свою галлюцинацию рассказывал, а намерено сквозь поток астероидов тыкал пальцем в самое непроглядное место космической тьмы и приговаривал: «она наблюдает за тобой». Селис попыталась себя успокоить. Если тьма за тобой наблюдает, это даже хорошо, можно сказать, приглядывает. Плохо, когда она выслеживает тебя.
– Пожалуй, мне нужно поспать, – сказала физик, поднимаясь. – Спокойных вам снов, господин Чэнь.
– Вы забыли, – раздалось за её спиной.
Обернувшись, она приняла из рук Юншэна гибкую панель и закрепила у себя на левой половине груди.
