Читаем Косарев онлайн бесплатно
— О чем это ты, Саша, так горько сокрушаешься? — спросил сидевший рядом Володя Бубекин. Косарев, возвратясь из Пензы, постоянно поддерживал связи с другом, познакомил его с Ильиным. Яков сразу «разгадал» в Бубекине талантливого журналиста, дал ему несколько заданий для «Комсомолки». Выполнил их Володя блестяще. По рекомендации Ильина он позднее стал работать в «Комсомольской правде», где и проявились его недюжинные способности.
— Конечно, нам в ту пору трудно приходилось. Помнишь, какой тогда спрос на советскую художественную книгу был? Огромный! Но небывалый прорыв в нашей воспитательной работе сделали иные из них — «Собачий переулок», «Без черемухи»…
— Да, и родная «Молодая гвардия» нам тогда лихо подсобила, издав «Луну с правой стороны» Малышкина…
Мы, Володя, в то время юношеские секции по всестороннему обслуживанию культурных запросов молодежи создавали. Я недавно в своих бумагах прошлых лет рылся, послушай-ка, вот один из планов такой юнсекции:
«Понедельник. Доклад — «Будет ли война и как скоро?»
Вторник. Световая газета.
Среда. Лекция — «Любовь с черемухой и без…»
Четверг. Юмористические рассказы Михаила Зощенко.
Пятница. Беседа — «Почему мы спим и видим сны?» Суббота. Вечер частушек.
Воскресенье. Диспут о пудре, духах, короткой юбке и галстуках».
— Что, что?! — воскликнул Бубекин.
— Диспут: о пудре и короткой юбке!
Друзья рассмеялись. Наивным уже показался их недавний подход к таким проблемам.
— Ты чего, Бубекин, смеешься? Или забыл, как в Пензе на аппаратном собрании отчитывал «Катю маленькую» — технического секретаря из губкомовской приемной за то, что она постоянно свои ноготки чистила?
— Не помню! — оторопел Володя.
Косарев встал в позу докладчика и, подражая бубекинской манере говорить, выпустил целую тираду:
— «Товарищи комсомольцы! Такое поведение «Кати маленькой» тормозит прибытие нашего паровоза революции к полному социализму…»
— Иди ты! Да не было такого, Саша! Придумал ты…
— Было, Володя, было…
— А ты?
— Что, я?
— Ты же, Саша, совсем недавно аплодировал стихам «О соловьях и розах». Напомнить?
— Ну, давай…
— Это кто же сочинил такое?
— Хуторянин Андрей, Саша. И ты ему аплодировал.
— Не может быть! Чушь какая-то…
— Саша, а как насчет девушки? Тебе же четверть века скоро исполнится! Понимаешь — века?!
При этом напоминании Косарев замкнулся, насупился.
Квартировал Саша со своим коллегой Гошей Беспаловым в маленькой и неказистой гостинице «Париж», которая в ту пору называлась 27-м домом Советов. Ее давно уже снесли, и на этом месте громоздится теперь серое здание Госплана СССР. В Сашином номере — рядом с комнатами Николая Чаплина — постоянно была молодежь. Шутки, смех наполняли ее…
В «Париже» жили многие партийные и советские работники — семьями и в одиночку. Это были преимущественно ответработники с периферии, ожидавшие постоянной квартиры в Москве или нового назначения в провинцию.
На вопрос друга Саша промолчал, а чуткий и тактичный Володя Бубекин не стал допытываться до того, что для многих стало «тайной полишинеля».
А Саша? Он давно уже заприметил девушку, живущую на том же этаже, наискосок от его комнаты.
Косарев — смелый и решительный боец, не знающий, что значит спасовать, и с профессионально отработанным подходом к людям, вдруг начисто оробел. Он узнал только, что отец девушки — старый большевик Виктор Иванович Нанейшвили. Теперь он возглавляет Торговую академию, а приехали они в Москву недавно из Перми. Девушку же зовут Маруся, и учится она в Институте народного хозяйства имени Плеханова. Но даже довериться, рассказать друзьям, что нравится ему эта девушка, у Саши не хватало ни смелости, ни сил. «Эх, Бубекин, Бубекин — друг закадычный! Горит твой Сашка Косарев синим пламенем…»
Но как часто бывает в жизни, случай сам приходит на помощь влюбленным. В канун седьмого ноября Маруся позвонила по телефону в номер и спросила Гошу Беспалова. Ей очень хотелось попасть на Красную площадь, на праздничный нарядный парад, а билета не было. Гошу же она хорошо знала по Перми, рассчитывала на его помощь… Но Беспалова в тот момент дома не оказалось.
Поначалу Саша даже оторопел. Голос этой девушки звучал краше самой лучшей музыки. Но Маруся «вернула его на землю»:
— Может, вы поможете?
