Читаем Косарев онлайн бесплатно
— Я прежде всего должен сказать кое-что о той позиции, которую ЦК молодежи занял в вопросе о партийной дискуссии. — Цекамольцы насторожились. А Сталин, не глядя на них, резюмировал: — Ошибкой было то, что ЦК РКСМ продолжал упорно молчать после того, как места уже высказались. Но было бы неправильно объяснять молчание ЦК союза нейтральностью. Просто переосторожничали.
Петр Смородин сидел ошеломленный: «Кто же из нас, товарищ Сталин, переосторожничал?..» И постепенно он начал понимать, почему последние недели генсек перестал звонить ему. Вспомнились все короткие встречи и продолжительные беседы об участии комсомола во внутрипартийной дискуссии, а также неоднократно повторенная Сталиным фраза: «Я же сказал — нецелесообразно…» Всплыли они в памяти отчетливо, до мельчайших подробностей. Петр хотел сразу же после совещания подойти к Сталину, спросить пояснения, но, вспомнив ту январскую вечернюю (почти ночную) встречу с генсеком, его мерное поколачивание трубкой о край пепельницы, свой подсчет ее ударов «раз, два, три…» и нелепые размышления по этому поводу, остановился. Лихой комиссар гражданской войны вдруг впервые в жизни почувствовал, что ему стало не по себе… «Как же вы так легко, товарищ Сталин, сняли с себя ответственность за тогдашнее наше «молчание» и запросто, будто ненароком, переложили ее на плечи комсомольцев. «Переосторожничали»? Да, мы же в бой рвались!..» И тут Петр почувствовал, что работать ему в Цекамоле осталось совсем недолго.
Вскоре итоги совещания в ЦК РКП(б) обсудил комсомольский актив Москвы. Докладывал секретарь Центрального Комитета партии Андреев. Вопреки обыкновению, Петра Смородина на этом, столь ответственном, собрании не было.
В конце заседания кто-то из активистов задал Андрееву вопрос: «К кому во время дискуссии с Троцким примыкал Смородин?»
Андреев, с оттепком сочувствия Петру, ответил:
— Товарищ Смородин держался как будто нейтрально. Кое-когда это ему удавалось, кое-когда нет…
В зале отчетливо и настоятельно прозвучал новый вопрос:
— Где Смородин, что произошло с ним?
— «Что произошло с товарищем Смородиным, что будет с ним?» — отвечу кратко. Товарищ Смородин оставлен в составе секретариата ЦК и продолжает работать. Он уехал в отпуск, который ему предоставлен ЦК и по его просьбе. Может быть, товарищи заподозрят, что это — «дипломатический отпуск» и т. д. Пусть подозревают… Я откровенно сказал, что товарищ Смородин в своей работе дошел «до чертиков», до «последней черты»; с товарищем Смородиным было несколько нервных припадков, и он должен был уйти, чтобы его партия не потеряла окончательно.
Косарев уходил с актива обескураженным: «Смородин — «дошел до ручки», до «нервных припадков»!» Нет, это объяснение явно противоречило косаревскому представлению о недюжинной силе и выдержке Петра. «А может, сказывается контузия и черепное ранение? Вот она, гражданская-то, когда начала отзываться…» Саша искал оправдание столь неожиданному уходу Петра. Искал и не находил. Или это было отстранение от работы? «Неужто роль первого секретаря ЦК — так непомерно тяжела, что даже такого богатыря сломила?»
В дни внутрипартийной дискуссии Косарев проходил новый курс политического воспитания. Заседания бюро райкома партии, партактивы стали ареной острых боев с троцкистами.
II и III райпартконференции. Прекрасные ораторы партии поднимались на их трибуны: В. В. Куйбышев, Я. Э. Рудзутак, а их оппонентами были Е. А. Преображенский, М. П. Томский, К. Б. Радек. Никого из них не ограничивали регламентом. Всем дали выступить. Это были подлинные баталии: за подходящим словом ораторы «в карман не лезли» — речи остроумные, подчас резкие.
На обеих партконференциях Косарев успешно выступил с докладами о работе Союза молодежи, об усилении партийного руководства комсомолом. Его ответы на вопросы делегатов и заключения по докладам были уверенными и четкими, свидетельствовали о том, что Саша успешно приобретал навыки ведения партийной полемики.
На III райпартконференции среди вопросов, заданных Косареву, был и такой: «Чем вы объясните, что среди делегатов очень много комсомольцев?»
В зале возникло оживление.
— Ваша заслуга в этом, товарищи! — ответил Саша, обводя зал взглядом, улыбаясь и довольно потирая руки. — Партийная организация района, коммунисты во время дискуссии с троцкистами стали больше уделять внимания комсомольским ячейкам — конкретнее руководить ими. — Саша сделал небольшую паузу и, подняв над головой присланную ему записку, продолжил: — А вопрос этот я бы подправил малость. Это не комсомольцев много участвует в работе конференции, а активных коммунистов стало больше работать в РКСМ. Ленинский призыв в партию увеличил пролетарское партийное ядро в комсомоле.
