Читаем Косарев онлайн бесплатно
Крайне сожалею, что Вы поднимаете вопрос о травле Мирского за критику. Право это принадлежит каждому человеку хорошо грамотному и знающему литературу, если он даже не коммунист. Мирский — член английской компартии, и нужно считаться с тем, какое впечатление произведет в Англии отношение к нему, принявшее характер травли. Второе: травля эта дезорганизует внепартийных литераторов, внушая им, что нельзя критиковать писателя партийца. Третье: мы должны ценить грамотных людей, у нас их все еще слишком мало… послушайте меня, выступите публично в печати…»
Это был и серьезный урок, и предостережение Косареву. Временами и без должных оснований он нет-нет да «рубанет сплеча» по тому или иному творческому работнику. В таких случаях Саша искренне верил, что он отстаивает в литературе классовую позицию. Но в этом, как и в ряде других случаев, никто на классовую позицию в ней и не посягал. Просто обостренным было тогда у большинства советских людей неприятие чуждой идеологии, непримиримой стала борьба с идейными противниками.
Под влиянием Горького глубже становилась натура Косарева, сдержаннее его оценки произведений литературы и искусства, осмотрительнее стал он и в дискуссиях с творческими работниками.
Этот случай никак не отразился на взаимоотношениях Косарева и Горького. По-прежнему Саша приезжал к Алексею Максимовичу в дом № 6 на Малой Никитской улице или на загородную дачу, а временами они обменивались письмами.
Их немного сохранилось. Это — последнее письмо Косарева великому пролетарскому писателю от 20 января 1936 года. Горький жил тогда в Крыму. Письмо написано в канун X съезда ВЛКСМ и хорошо передает дух их отношений и круг взаимных интересов. Потому и приводится здесь его текст почти дословно, с незначительными купюрами:
«Глубокоуважаемый Алексей Максимович!
К сожалению, обстоятельства сложились так, что я лишен в настоящий момент какой-либо возможности приехать к Вам. Выяснилось это почти тогда, когда я собрался к Вам выехать.
1-го марта у нас открывается Всесоюзный съезд комсомола… Кроме того, 25 января открывается совещание вожатых отрядов юных пионеров и комсоргов в школах по вопросам работы в школе, в которых я обязан участвовать.
Особенно огорчен тем, что не могу к Вам поехать в данный момент еще и потому, что мне как раз хотелось бы с Вами как следует побеседовать и получить ваши советы не только по вопросу о дальнейшем развитии детской литературы (что, конечно, является весьма важным), но и о нашей новой программе и о моем предстоящем отчетном докладе на Всесоюзном съезде.
На съезде будут широко поставлены все проблемы коммунистического воспитания молодежи, и потому мне очень важно было бы с Вами потолковать по этим вопросам.
Думаю, что до съезда я сумею это сделать.
Только что закончилось созванное нами совещание по детской литературе. Самуил Яковлевич Маршак, с которым мы вместе проводили это совещание и с которым у нас существует совершенно единодушное мнение по всем основным вопросам детской литературы, подробно Бес проинформирует о работе совещания…
Окончательное утверждение плана детского издательства мы откладываем до получения от Вас указаний. План, конечно, нуждается в серьезных поправках (к сожалению, портфель у нас тонкий). В особенности большое значение мы придаем разработке 3-летнего перспективного плана. Как только получим от Вас замечания, приступим к его составлению.
Сейчас подготавливаем и думаем двинуть такие вопросы, как снабжение детского издательства хорошей, доброкачественной бумагой, создание прочной собственной полиграфической базы. Нам в этом отношении идут навстречу в ЦК ВКП(б) и обещают помощь…
Решили создать при Детиздате специальный художественный совет из высококвалифицированных художников для того, чтобы в нем предварительно обсуждать образцы издаваемых книг, иллюстраций и покончить с тем невниманием, которое до сих пор было к художникам, работающим в детской литературе.
В общем, входим в гущу всех наиболее острых вопросов детской литературы и у нас есть твердая уверенность в том, что при Вашей активной поддержке, под Вашим непосредственным руководством мы сумеем создать большую советскую детскую литературу.
У нас, Алексей Максимович, даже возникла мысль (как Вы к этому отнесетесь?) через 1–2 года, а может быть и раньше, созвать всесоюзный съезд детских писателей. Не правда ли, это было бы замечательно?
Желаю Вам доброго здоровья.
Крепко жму руку.
Ваш Косарев».
Писатель живо отзывался на обращения комсомольского вожака. В дни X съезда ВЛКСМ А. М. Горький дважды писал из Крыма Косареву, советовал съезду продумать и принять программу активной работы с писателями, их творческим союзом.
Стоило только Горькому вернуться в Москву, как он тотчас же пригласил Косарева на дачу. «Естественно, — вспоминал об этом Саша, — что Горький, проявлявший всегда большой интерес к работе комсомола, захотел выслушать нашу информацию и поделиться с памп своими мыслями о воспитании молодежи и о нашем дальнейшем участии в развитии советской литературы».
