Читаем Фейридейл онлайн бесплатно
Он громко шипит, когда я обхватываю головку губами – та едва помещается мне в рот – и хорошенько посасываю ее.
Однако Амон не дает мне продолжить и снова переворачивает меня на спину.
Но ничего не делает.
Его губы изгибаются в опасной улыбке, а в глазах, устремленных на меня, горит голодное желание.
Я приподнимаюсь на локтях и встречаюсь с ним взглядом, настолько зачарованная им, что едва замечаю легкое, как перышко, прикосновение к складкам. Взглянув вниз, я с удивлением замечаю у себя между ног хвост, нежно поглаживающий меня.
– Доверяешь мне? – спрашивает Амон, и в его голосе слышится неприкрытая боль.
– Полностью, – киваю я.
Пропитанный влагой, хвост скользит к моему входу, и ребристый кончик проникает внутрь.
От непривычного ощущения у меня перехватывает дыхание, и я чувствую, как грубая текстура ласкает мои стенки.
– Проклятье. – Амон издает хриплый стон, запрокинув голову.
– Ты… ты тоже это чувствуешь? – удивленно спрашиваю я.
– Да. Кончик хвоста покрыт нервными окончаниями. Я чувствую… все. – Он резко выдыхает, пока его хвост ритмично двигается во мне.
– Об этом ты мечтал? Трахать меня своим хвостом?
– О Села, я мечтал о гораздо, гораздо более развратных вещах, – признается он.
– Покажи, – настаиваю я. – Покажи мне все, Амон.
– Проклятье, – снова ругается он.
Приподняв меня за талию, он продолжает трахать меня хвостом, вращая им внутри и мерно покачивая меня взад-вперед, чтобы усилить ощущения. И хотя хвост не такой толстый, как член, его ребристая поверхность дарит мне небывалое наслаждение, задевая каждую точку внутри.
Я всем телом прижимаюсь к нему и припадаю губами к коже, жадно посасывая ее. Мои руки хватаются за его спину, впиваясь ногтями в кожу. И от меня не ускользает, что он отказывается от своей несокрушимой брони и позволяет мне пустить кровь. Точно так же, как он делал это со мной, я провожу ногтями по его коже, оставляя глубокие царапины.
– Амон, – выдыхаю я, когда он с силой входит в меня.
Он дышит все чаще, содрогаясь от моего прикосновения, и хвост внутри меня тоже дергается. Прильнув губами к моей щеке, он осыпает меня небрежными поцелуями, а затем спускается к шее. Неторопливо облизывает ее, время от времени мурлыча от удовольствия.
Боги, в таком Амоне есть что-то поистине притягательное. Словно в новом обличье все его ощущения обостряются, а удовольствие становится полнее, поскольку каждый сантиметр его кожи представляет собой оголенный нерв.
Его зубы слегка царапают мою кожу, и я замечаю, что они намного, намного острее, чем раньше.
– Ты мог бы перегрызть кому-нибудь горло своими зубами, дорогой, – поддразниваю его.
– Вполне мог бы, – усмехается он. – Но это не значит, что стал бы. Твоя кровь – единственная, которую я пробовал, – шепчет он.
– Тогда сделай это, – призываю я. – Укуси меня. Возьми мою кровь. Возьми все.
– Не сейчас, – хрипит Амон. Он проводит зубами по моей коже, не кусает, а только дразнит самой возможностью укуса.
Я уже собираюсь запротестовать, как вдруг оказываюсь прижата к стене, и меня удерживает лишь его сила.
Лоно сжимается от внезапной пустоты, но я знаю, что это ненадолго. Амон уже шагает ко мне с непоколебимой решимостью, а коварная усмешка на его лице обещает мне порочное удовольствие и сладкую расплату.
Всего одним взмахом он разводит мои руки и ноги в стороны.
Остановившись передо мной, он пожирает меня взглядом и задерживается на грудях, на том, как они поднимаются и опускаются в такт учащенному дыханию, прежде чем опуститься к животу и мягким волоскам внизу, блестящим от возбуждения – свидетельство моего неутолимого влечения к нему.
– Такая влажная, – бормочет он, проводя хвостом по моим влажным складкам. Ребристый кончик мягко задевает мой чувствительный бутон, и я вздрагиваю от нахлынувших ощущений. – И вся моя, не так ли, родная?
– Всегда. Даже мертвая, я все равно твоя, – хнычу я, пытаясь податься навстречу его прикосновениям.
– Нет, – хрипит Амон, и черты его лица становятся жестче. – Ты больше никогда не умрешь у меня на руках. Если кто-то попытается причинить тебе вред, я сровняю их мир с гребаной землей. Мне плевать, исцелишься ты или нет. Плевать, что тебя не пугает боль. И мне плевать, простишь ли ты их.
– Я тебе верю, – шепчу я. – Ты мой защитник, Амон, и я никогда не стану винить тебя за то, что ты добиваешься для меня справедливости.
– Значит, ты не будешь злиться, что я немного… разгулялся? – спрашивает он тихим голосом, продолжая ласкать меня хвостом.
– Что значит… разгулялся? – спрашиваю я, едва выговаривая слова, потому что он ускоряет темп.
Коварный, порочный мужчина. Пытается отвлечь меня.
– Ну, скажем, вызвал очередную чуму, – игриво отвечает он.
– Что ты… сделал… Ах! – Я издаю громкий стон.
– Ничего особенного, просто уничтожил каждого, кто когда-либо помогал Авелю. – Амон пожимает плечами, будто речь идет о какой-то мелочи.
– И о скольких людях мы… говорим? – спрашиваю я в перерывах между стонами, когда он снова подводит меня к грани оргазма.
