Читаем Фейридейл онлайн бесплатно

– Ты не представляешь, как больно мне было видеть, что ты не помнишь наше прошлое и не узнаешь дом. Каждый божий день я хотел рассказать тебе все, но Лидия предвидела вариант будущего, в котором я с самого начала раскрывал правду, а ковен в конечном счете убеждал тебя, что все это ложь.

– Я понимаю, – мягко говорю ему. И я действительно верю его словам, особенно когда вижу, как он переживает из-за всей этой ситуации. – Но, надеюсь, теперь ты знаешь, что у тебя нет причин ревновать меня к кому бы то ни было. – Я тепло улыбаюсь.

– Нет причин? – усмехается Амон. – Родная, я ревновал тебя к самому себе, черт возьми, – внезапно говорит он.

Мои глаза расширяются, и я в замешательстве смотрю на него.

– Каждый раз, когда ты называла меня Калебом, я умирал внутри. Особенно когда заставил тебя кончить. Честно говоря, это стало самым большим ударом для меня.

Я фыркаю и начинаю хихикать, не в силах сдержать смех. Амон выглядит таким серьезным и возмущенным, что я чувствую себя неловко из-за того, что нахожу это смешным. Но как же иначе?

– Итак, позволь уточнить, правильно ли я все поняла. Ты ревновал к самому себе?

Он что-то бормочет себе под нос и отводит взгляд, явно понимая, настолько глупо это звучит.

– Ах, мой любимый Амон, – шепчу я и подхожу ближе, прижимаясь к его груди. – Ты такой милый.

– Я не милый, – фыркает Амон, обхватывая меня руками за талию.

– Нет, очень даже милый, – настойчиво повторяю я. – А еще ты единственный мужчина, которого я когда-либо хотела. В этой жизни или в любой другой. Да, я долгое время была вдали от тебя, не помнила ни о тебе, ни о нашей любви. Но я никогда, никогда даже не смотрела на другого мужчину. В этом я могу тебе поклясться.

Отстранившись ровно настолько, чтобы он мог заглянуть мне в глаза, я опускаю все ментальные барьеры и открываю ему разум, чтобы показать мое прошлое до встречи с ним.

– Дарси… – с благоговением шепчет он, увидев мою жизнь до Фейридейла. Все мои неприкрытые чувства и тот факт, что, даже когда я влюблялась в Калеба, мое сердце безвозвратно принадлежало ему одному.

– Видишь? Нет никаких причин для ревности, – с любовью говорю я.

– Моя родная девочка, – шепчет Амон, осыпая мое лицо поцелуями. Затем снова притягивает меня к своей груди и начинает мерно покачиваться вместе со мной, как будто не решается отпустить меня, как будто опасается, что все это окажется сном. Тепло его тела приникает в меня, впитываясь в каждую клеточку, и я впервые чувствую себя по-настоящему цельной.

– Я никогда в жизни не смотрел на другую женщину, – отвечает он на мой безмолвный вопрос. – Всегда была только ты, любовь моя. Ни до, ни после. Только ты.

Я никогда не сомневалась в этом, но устное подтверждение приносит мне невыразимый покой, словно до сих пор я балансировала на краю пропасти и только сейчас обрела равновесие.

Заключив меня в объятия, Амон начинает рассказывать все с самого начала: о том, как использовал личность Калеба, чтобы сблизиться со мной и в то же время защитить меня от жителей города. С помощью своих телепатических способностей он внушал всем определенные мысли, выстраивая реальность так, будто Калеб был неотъемлемой частью города. Мне даже не приходится расспрашивать его о Грейс и ее предполагаемой влюбленности – Амон сам заверяет, что она была влюблена в настоящего Калеба, а с ним самим никогда не встречалась. Он просто позаимствовал часть биографии настоящего Калеба, чтобы создать более убедительное прикрытие, но при этом оставаться самим собой.

Я киваю, радуясь тому, как подробно он все рассказывает. Возможно, я еще расстроена из-за его маленького обмана, но на сердце невольно теплеет от осознания того, как он старался быть рядом со мной.

– Расскажи, что произошло в тысяча восемьсот пятом году. Как началась чума?

Я помню свою версию истории, но до сих пор не знаю его.

– Кресс и Финн устроили мне засаду на окраине города. Разумеется, они мне не ровня, но им все же удалось задержать меня. А когда я попытался добраться до церкви, большинство жителей преградили мне путь. Только позже я понял, что Авель заключил сделку с сыном мэра, чтобы настроить город против нас; они даже послали нескольких человек совершить налет на наш дом. К счастью, Лидия знала об этом и спряталась. – Амон улыбается, прижимаясь губами к моей коже. – Но когда я пришел в церковь и увидел тебя и Авраама… – Его голос прерывается, и он еще крепче обнимает меня. – Я утратил контроль, любимая. Даже не понимал, что происходит. Хотел лишь, чтобы остальные страдали так же сильно, как я. И если бы ковен не появился, боюсь… – Он тяжело сглатывает. – Боюсь, никто бы не спасся. Неважно, виновный или невинный. Я бы убил каждого. Как раньше… – Амон замолкает, и я инстинктивно понимаю, что он говорит о смерти Селы, воспоминаний которой я до сих пор не помню.

Я накрываю его ладонь своей и успокаивающе поглаживаю кожу.