Читаем Джеймс онлайн бесплатно
Гека сморила усталость. Он уронил голову на грудь и заснул. Я вышел из пещеры и набрал много дров. Нам придется поддерживать огонь. Солнца не будет, новый не разведешь. Я не шутил про дождь. Я его чуял суставами.
Предсказание мое не только сбылось, но значительно превзошло всякие ожидания. Дождь лил не переставая, как в Библии. Наш берег почти исчез под водой. Я ухитрился вытянуть перемет, иначе б мы только его и видели. Что река разольется, не вызывало сомнений. Оставался вопрос, на сколько. Вода прибывала и прибывала и уже покрывала едва ли не весь остров Джексона. Молнии в небе вспыхивали ежесекундно. Гек боялся, что будет смерч, но я заверил его, что ветер дует хоть и по кругу, но в направлении противоположном, исключавшем такую возможность. Точнее, сказал я вот что: “Ветер кружит навыворот от торнады”. Чушь, конечно, но паренек успокоился. А потом указал мне на реку.
Я посмотрел туда. По протоке к нам приближался дом. Зрелище было пугающее. День клонится к вечеру, пасмурно, толком не разглядеть, но дом был огромный как то, чем он и был. Он зацепился за ветки деревьев, и нас с Геком одновременно осенило. Провизия. Мы вытащили каноэ Гека из пещеры к воде и погребли к дому. Грести оказалось непросто. Мы привязали лодку к дереву и сквозь разбитое окошко забрались в дом. В разрушенном доме стояла вода, всюду плавала одежда. Он так накренился, что нам пришлось исхитриться, чтобы добраться до кухонных шкафчиков. Гек открыл один и взвизгнул, как поросенок, а нашел он – надо ж такому случиться! – не что иное, как бекон. Я повернулся и заметил между плитой и стеной сапог, потом осознал, что сапог этот надет на чью-то ногу.
– Что там? – спросил Гек.
– Берите бекон и несите его в каноэ, – сказал я.
Гек застыл, уставившись на меня.
– Делайте, что говорено!
Я наклонился, всмотрелся в лицо человека. Белый, мертвым-мертвешенек. Лицо искривленное, безобразное, мертвое. Я не сводил с него глаз, руки мои дрожали – не оттого, что он мертвый, но потому что я здесь, а он мертвый. Мертвый белый. Я разглядел его хорошенько. В каком-то смысле все белые на одно лицо, похожи между собою, как пчелы или медведи, особенно если мертвые.
– Он мертвый? – спросил Гек.
– Возвращайтеся в лодку!
– Кто это? Ты его узнал?
– Я с ним незнакомый. Идите уже. Нечего вам на ентакое смотреть.
– Я не ребенок, Джим.
– Самый что ни на есть – а теперь ходу. Прихватите какую ни то одежонку и вылазийте за окно.
Гек принялся подбирать одежду, а я тем временем обнаружил заткнутую в угол полки десть бумаги. И еще пузырек чернил. Все это я рассовал по карманам.
Когда мы вылезали в окно и подтягивали к себе каноэ, Гек спросил, почему я так странно с ним разговаривал в доме.
– Об чем это вы? Садитеся в лодку. Ентот дом вот-вот оторвется от деревьев.
Едва мы отплыли, как дом сделал именно это и с шумом пронесся мимо нас.
– Ух ты, – сказал Гек. – Вот это да.
Дом стремительно скрылся из виду.
– Джим, он был мертвый?
– Да, мертвый.
– А кто это был?
Я ничего не ответил. Подгреб к берегу, и мы высадились на мокрую землю.
– Джим, кто это был? Я никогда раньше не видел мертвого человека.
– Я тоже его никогда не видал.
Вернувшись в пещеру, мы слушали грозу. Кажется, один раз молния ударила в дерево. Гром хорошенько встряхнул нас. Мы жевали бекон. Не так чтобы вкусно, но чем дольше мы жевали, тем больше его становилось, так что наш голод он утолил.
– И все-таки интересно, кто это был, – заметил Гек.
– Раздумывать о мертвецах – дурная примета, – сообщил я ему. – Вы уж и так навлекли на себя несчастье, когда взяли в руки змеиную шкуру.
– Этот бекон – просто гадость, – сказал Гек.
– Да уж, – согласился я.
Но мы продолжали жевать.
– А ты слышал о том, что нельзя ставить зеркало против зеркала? – спросил Гек.
Я смотрел в его детские глаза и думал о Лиззи. Я гадал, насколько сильно она сейчас за меня боится, и досадовал, что ей страшно. Я осознал, что досадую оттого, что это чувство было слишком хорошо мне знакомо, каждый день и каждую ночь. Я засмеялся, сам не зная чему.
– Чего ты? – спросил парнишка.
Слово “ирония” я с ним использовать не мог.
– Да смешно енто, разве нет?
– Что?
– Вот жуем мы ентот поганый бекон, я, беглый, и вы, мертвец. А ить они наверняка уверены, что я вас порешил.
– Я как-то об этом не думал, – признался Гек. – Мне и в голову не приходило, что из-за меня ты можешь попасть в беду. С чего бы тебе убивать меня?
– Ну уж енто белым неважно.
– Я не люблю белых, – сказал Гек. – Хотя я сам из них.
– Да уж похоже на то.
Возле устья пещеры вспыхнула молния, и нас снова тряхнул гром. Гроза бушевала ровно над нами. Насчет ливня я угадал, но как-то не сообразил, что, возможно, не только мы на острове решили спрятаться в сухом месте. Не глядя, потянулся за хворостом и почувствовал, как руку мою пронзила боль. Я заорал, подпрыгнул.
– Джим! – крикнул Гек.
Гремучая змея, повисшая у меня на запястье, упала в костер, но ухитрилась выползти из огня и шмыгнула прочь, под дождь.
– Она тебя укусила?
– Боюся, что да.
