Читаем Джеймс онлайн бесплатно

– Твое дело сейчас – подхватить припев. Вот это: “Прочь, Дэн Такер, ты нам не нужен, ты уже опоздал на ужин”. Понятно?

Я кивнул. Они снова затянули песню, я подпевал. Мне нравились звуки музыки, и трубы, и банджо, и гитары, и барабан.

А Эммет завел другую песню:

– А вот припев:

– Хорошая, правда?

– Еще бы, – сказал я.

Происходящее не укладывалось у меня в голове. Я, если честно, не поверил Эммету, когда он сказал, что я ему не раб: ведь он у меня на глазах отдал за меня деньги. Тем более что у него есть купчая, где меня, несомненно, описывают как раба со светло-коричневой кожей, футов шести росту, с большими ступнями и шрамом на лбу, купленного у человека по фамилии Уайли. Это все-таки купчая, а не трудовой договор.

– Надень вот это. – Долговязый мужчина сунул мне в руки стопку одежды. – Надень.

Я посмотрел на Эммета, он кивнул.

– Можешь переодеться вон в той палатке, – сказал Кэссиди.

Их доброта и учтивость меня, мягко говоря, потрясали. Я ушел в палатку и, как умел, оделся в предложенное. В шерстяных брюках было жарко, кожа чесалась, но хуже всего, что грубая ткань царапала и натирала открытые раны. Я облачился в белую рубашку и жилет. Я знал, что этот лоскут материи называется галстуком, но не знал, как с ним быть. Я вышел из палатки, и все надо мной засмеялись.

– Давай помогу. – Кэссиди принялся заправлять мою рубашку в брюки, но я отодвинулся от него. Он деликатно дал мне понять, что в его помощи нет ничего постыдного. И заткнул мне рубашку в брюки. Потом, все так же с улыбкой, застегнул как надо пуговицы на рубашке. – Теперь жилет. Тебе, наверное, будет в нем жарковато, но со временем ты привыкнешь. Отчасти.

– Вы правы, мне жарко, – сказал я.

– Нижнюю пуговицу жилета мы не застегиваем никогда, – сказал Кэссиди.

– Почему?

– Не знаю.

Он взял галстук, повесил себе на шею, завязал петлю и продел в нее мою голову. Кэссиди поправлял на мне воротник, когда к нам подошел Эммет.

– Неплохо. Не блестяще, но все же неплохо. И даже очень неплохо.

– Спасибочки, – сказал я.

Эммет посмотрел на мои ноги.

– А вот с ботинками дело швах. Лишних у нас нет. Наш прежний тенор покинул нас в ботинках.

– Босые ноги дополнят образ, – сказал плотно сбитый мужчина, сидевший по другую сторону от костра. – Намажем их ваксой вместе с лицом, и всё.

Эммет кивнул.

– Сиди смирно. Не хватало еще, чтобы эта штука попала тебе в глаза, – сказал плотно сбитый мужчина.

Его звали Норман. Руки у него были большие, и одной из них он вертел мое лицо так и этак. В другой руке он держал плоскую жестянку.

– Чево енто? – спросил я.

– Сперва намажь ему белила вокруг глаз и губ, – посоветовал Кэссиди.

– Я думал намазать белилами уже после, – сказал Норман.

– Тебе видней, – сказал Кэссиди.

– Чево енто? – повторил я.

– Это вакса, но у тебя есть выбор. Я могу накрасить тебя ламповой копотью, сажей или жженой пробкой. Пахнут они по-разному. Но все три адски трудно смыть.

– Не знаю, сэр.

– Тогда я возьму ваксу.

– Она пекёт? – спросил я.

– Только если ты дернешься и она попадет в глаз. – Норман оглянулся и увидел, что Кэссиди ушел. – И оставь уже рабью речь.

– Чевой-то?

– Хватит этих “спасибочки” и “пекёт”.

– Как вы догадались? – с подозрением спросил я.

– Раб раба всегда узнает, – пояснил Норман.

– Что?

Я всмотрелся в его лицо, однако ничего особенного не заметил. Но с чего бы врать о таком, да и где белому меня раскусить? Я решил, что, наверное, оговорился, вот как тогда с Геком. Эта мысль напугала меня до ужаса.