Читаем Джеймс онлайн бесплатно
– Мы вернулись, обнаружили, что тебя нет, и Эммет разорался, как все те рабовладельцы, которых я повидал на своем веку. Он проклинал черномазых, кричал, что выстегает тебя кнутом, а после вздернет на дубу.
– Я догадывался, что он такой. Как ты меня отыскал?
– Я сбежал. Сбежал, как беглец – а я ведь и есть беглец. Пока они там носились кругами, я побежал по прямой, запрыгивая на все камни и бревна, чтобы замести следы.
– Ты бежал всю ночь?
– Да.
– Сядь. Отдышись. Думаешь, они видели, в какую сторону ты побежал?
– Точно нет.
– Значит, такие наши дела, – сказал я. – Что дальше?
– Ты часом не знаешь, где мы?
Норман закрыл глаза, и я увидел, что его вот-вот сморит сон.
– Нет, – ответил я. – Ты поспи. А я покараулю.
Он не ответил. Он уже провалился в сон.
Норман, вздрогнув, проснулся и уставился на меня, округлив глаза.
– Ты все еще здесь. – Он сел и потер глаза.
– Где же мне быть?
– Я думал, ты убежишь.
– А я вот не убежал. – Я подвинул к нему остатки хлеба, он взял. – Я вот что думаю. Ты ведь хочешь выкупить жену, верно?
– Да.
– И я хочу выкупить жену и дочь. Мое положение осложняется тем, что меня, возможно, разыскивают за похищение и убийство, вдобавок я раб. Раб не может выкупить раба. И если я заявлюсь, чтобы их выкупить, – в общем, ты и сам знаешь, что будет.
– Черт-те что, – сказал Норман.
– Но у меня есть идея. Безумная идея.
– Расскажи.
– Тебе ведь не сложно было выдавать себя за белого? Я помню, ты говорил, от этого устаешь, но ведь это все же легко?
Норман кивнул.
– И никто тебя даже близко не заподозрил?
– Нет.
– Я хочу, чтобы ты продал меня.
– Что?
– Я хочу, чтобы ты стал моим белым хозяином. Я хочу, чтобы ты меня продал. Я сбегу, и мы провернем этот трюк еще раз. Подкопим деньжат, ты приедешь в мой город и выкупишь мою семью. Потом заберешь свои деньги и выкупишь свою жену.
– Ты ополоумел?
– Нет. Впрочем, я и впрямь позаимствовал эту идею у одного полоумного. Но чем тебе плох этот план?
Норман задумчиво потянул себя за ухо.
– Не считая вполне очевидной опасности для тебя, а следовательно, и для меня за кражу собственности, то бишь тебя, он не плох ничем. Но если обман раскроется, последствия будут серьезные.
– Я ценю, что ты так прямо об этом говоришь, но, как я уже и сказал, мы оба рабы. Что может быть хуже?
– Верно.
– Шел бы ты лучше умыться, – сказал я.
Поодаль тек ручеек. Норман снял рубашку и принялся отмывать жженую пробку. Ему пришлось изо всех сил тереть кожу, отчего та болезненно покраснела. Щетку ему заменили песок и листья.
– Твой план начинает мне нравиться. Я скучаю по жене.
– Ты знаешь, сколько она будет стоить? – осведомился я и подивился тому, как дико звучит в моих устах этот вопрос. – Я спрашиваю потому, что сам понятия не имею, во что мне станет свобода моей семьи.
– Думаю, тысячу долларов, – предположил Норман. – Она очень красивая. Бедра широкие, про нее говорили, такую впору пускать на племя. – Эта мысль его явно разволновала. Он продолжал тереться песком, хотя пробка давно отмылась.
– Нам надо идти дальше.
Норман кивнул и заметил блокнот у меня в руках.
– А его ты зачем прихватил? – спросил он, одеваясь.
– Бумага была нужна.
– Эммет разбушевался, когда не смог его отыскать.
– Ты только послушай:
– Черт, – сказал Норман, – это он написал?
– Думаю, да. Что это вообще значит?
– А зачем тебе бумага? – спросил Норман.
Я пожал плечами.
– Ты умеешь писать?
– Да.
– Я немного умею читать, – сказал Норман и обвел взглядом лес. – Знать бы еще, где мы.
– Предлагаю двинуть на юг, – сказал я.
– Что? Черные на юг не ходят.
– Ходят, если один из них – трещотка[8], который хочет продать раба.
Мы шли целый день. Запрудили ручей, наловили рыбы и отменно поели. Других людей я не видел и не слышал – и был очень этому рад. Утешало меня и отсутствие собачьего лая. Вечером набежали тучи, закрыли луну, и ночью был непроглядный мрак.
– Темнее, чем у коровы в брюхе, – сказал Норман.
Меня его слова позабавили, и я рассмеялся. Норман тоже расхохотался; мы веселились как дети. Приятное ощущение. И ведь не было ничего особо смешного, но нам нужно было посмеяться.
Мы шли почти три дня, стараясь держать на юг, но особенности рельефа вынуждали нас забирать к востоку, и в конце концов мы вернулись к большой реке, к Миссисипи. На другом берегу маячил городишко: исходя из всего услышанного, я заключил, что это Кейро. Если бы это хоть что-то меняло! Ведь и в свободном штате беглый раб – по-прежнему раб. Однако к югу лежал Кентукки: вот где можно с выгодой продать раба. А деньги нам были нужны. Но перебраться на тот берег нам было не на чем, мы направились дальше на юг и наконец пришли в небольшой городок. На указателе значилось “Блуберд-Хоул”. Я снял рубашку, чтобы более походить на работящего раба, которым я был и за которого выдавал себя.
– Неужели мы правда сделаем это? – спросил Норман.
– Да, масса, – ответил я.
