Читаем Джеймс онлайн бесплатно
Послышался выстрел, и мы распластались на земле. Подползли туда, где заканчиваются деревья, и увидели проплывающий мимо паром. На корме стоял судья Тэтчер с дочерью Бесси. Тетушка Тома Сойера, Полли, перегнулась через борт. Какой-то человек – я видел его впервые – заряжал пушечку для нового выстрела. Он поджег запал, и грохот вновь расколол воздух. Ядро плюхнулось в воду.
– Джим, зачем они это делают?
– Чтобы ваше утоплое тело всплыло на поверхность.
– Вот будет умора, если и впрямь всплывет чье-то тело, – сказал я.
– Да уж курьез, – произнес я.
– Что? – Гек посмотрел на меня.
– Говорю, он принялся за дело всерьез.
– В каком смысле?
– В каком? Гляньте-ка.
Гек обернулся, и мы оба увидели, как человек на носу опустил что-то на воду. К моему облегчению, мне удалось отвлечь Гека. Впервые за всю мою жизнь я оговорился. Видимо, это указывало на то, в каком замешательстве и тревоге я пребывал.
– Чего это? – спросил Гек.
– Я так думаю, хлеб с ртутью.
– И для чего он нужен?
– Он вроде как приведет к утоплому.
– Неужели правда?
– Белые верят в такое, об чем я понятия не имею. Вечно у них на уме всякая чепушина.
– Ты хотел сказать “чертовщина”?
– Я же и говорю. – Мы проводили взглядом паром, он скрылся за излучиной. – Они как пить дать считают, что вы померли. – И едва я это сказал, как меня вновь охватил страх. Лучше бы я в самом деле утонул в реке или ночью замерз до смерти. Ясно было одно: я должен позаботиться о том, чтобы Гек не стал тем покойником, которого они ищут. А главное – позаботиться о том, чтобы я сам не стал тем покойником, которого они ищут.
Мы раскинули перемет поперек небольшой заводи и ловили сомов во множестве; попадались даже и краппи. Еще мы нашли множество крыжовника и ежевики. Крыжовник был кислый, но если смешать его со смородиной и ежевикой, то совсем и не плохо. Погода исправилась, и мы зажили так хорошо, что я даже гадал, не поселиться ли здесь вместе с Сэди и Лиззи. Но тогда нам пришлось бы вести жизнь беглых, прятаться и таиться. Быть рабом само по себе штука скверная, а быть беглым рабом и того хуже. А быть беглым рабом и скрываться под самым носом у белых и вовсе невыносимо.
Впрочем, Гек, кажется, был всем доволен: ведь отцу его не достать. Мы набрели на большую пещеру у середины острова и вечерами жгли там костры, не рискуя себя обнаружить.
– Джим, – спросил как-то вечером парнишка, – как думаешь, за что папаша так меня ненавидит?
– Откудова же мне знать. Сами-то вы как думаете?
– Я думаю, ему не по нраву моя голова.
– Что?
– Ну, мои волосы. Не по нраву они ему. Вечно схватит да оттаскает меня за них, а потом как закатит плюху.
– Гм…
– Говорит, у меня, мол, вдовий мысок. А я знать не знаю, что это такое. Спросил у мисс Уотсон, она говорит, он много у кого есть. Это когда волос сужается как стрела. – Он поднял вихры со лба и показал мне. – Черт, Джим, да ведь у тебя он тоже есть. Ну-ка, приподними волосы.
– Неужто? – Я дотронулся до своих волос. – А пожалуй что так. И к чему этот вдовий мысок? К удаче?
– У меня так точно нет, – ответил Гек.
Повисло молчание, и я заметил, что Гек меня разглядывает.
– Что? – спросил я.
– Раз ты раб, должен делать все, что скажет тебе хозяин?
– Все, что скажут, – подтвердил я. – И когда скажут. Скажут они: “Прыгай”, а я: “Как высоко?” Скажут они: “Плювай”, а я: “Как далеко?”
– Как может один человек владеть другим человеком?
– Хороший вопрос, Гек.
– Смотри, что я нашел. – Гек показал мне змеиную шкуру. Он протянул ее мне, но я отодвинулся.
– Дурная примета – брать в руки змеиную шкуру, – сказал я. – А ну как змея возвратится за своей одежонкой.
– И кто теперь верит во всякую чертовщину?
– Енто не чертовщина, а просто-напросто здравый смысл.
Гек рассмеялся.
– А какие ты знаешь дурные приметы, Джим?
– Нельзя проходить под приставной лестницей. Енто я знаю. Но не верю.
– То есть ты сам бы прошел под приставной лестницей?
– Нет, сэр. Под лестницей ходить опасно, но дурного в ентом нету. Черные кошки вроде как не к добру. Белые-то ничего, а вот черные не к добру.
– А если днем увидел сову?
Я слушал его вполуха. Очень уж беспокоился за Сэди и Лиззи.
– Сову? – переспросил я. – Днем? Ах, господи, тут уж так точно жди беды. Енто значит, кто-то скоро отдаст Богу душу. – Мой ответ его явно обрадовал. – Но енто не значит, что я верю во всякую чертовщину. Енто значит, что я кумекаю, что к чему, как я и сказал.
Гек рассмеялся.
– Одно я так знаю точно. Завтра польет как из ведра, так что лучше припрячем еды да изготовимся пережидать дождь.
– С чего ты взял, что завтра будет дождь?
– Ястребы так и кружат. Они любят охотиться перед дождем. И муравьи строют горки вокруг своих нор.
– Они-то откуда знают, что будет дождь? – спросил паренек.
– Они часть природы и погода часть природы, вот и сообщаются промежду собою.
– А люди разве не часть природы?
– Коли и так, то не лутшая ее часть. Протчая-то природа с людьми больше не сообщается. Может, время от времени и пытается, да люди ее не слушают. Как бы то ни было, а дождь потекет знатно.
