Читаем Девятый онлайн бесплатно
Скрипач Петя подарил мне на память струну от скрипки. Я не стал спрашивать, та ли это струна, которой он отпилил голову болвану, скорее всего нет, он же её писателю обещал, но мне было приятно.
Писателю Снегирю поклонники из числа инженеров починили болванов и перезалили в них нейросети. Ну не знаю, так себе решение, я бы поменял на новых, от греха подальше. На прощание писатель подписал мне свою книжку, старомодную, из тонкой бумаги кремового цвета, с рисунками, сделанными живым художником, а не нейросетью. Шикарная штука! Я её, конечно, только полистал, читать и с экрана можно, а потом бережно поставил на полочку. На титульной странице Александр написал очень трогательное посвящение, где упомянул и то, что я его спас, и что вырос на его книжках, и что я самый настоящий герой.
Все музыканты тоже со мной попрощались, а фокусники подарили книжку под названием «Настоящая магия» – о том, как делаются фокусы. Девушки из танцевальной группы обняли и расцеловали на прощание, причем смотрели совсем не так, как на остальных пилотов, и это было приятно. Маша демонстративно обняла меня и поцеловала в губы, что почему-то вызвало всеобщий восторг.
В общем, расстались хорошо. А дальше наступила какая-то скучная и серая полоса.
Мы все тренировались. Но если Эрих, Джей и Анна летали в реальном космосе, то я и Хелен – на симуляторах. У меня не было нормальной зрелой тушки (очередная доросла примерно до восьми лет, я даже нарисовал ей на пятке число десять), а Хелен не восстановилась настолько, чтобы сражаться в космосе.
Нет, она летала, и неплохо. Та часть памяти, что принадлежала нашей Хелен, позволяла ей управлять истребителем и довольно лихо сражаться. Но она могла впасть в панику и разреветься при виде летящего навстречу падшего, или начать восхищаться и молиться при виде ангела, совершенно забыв даже про управление истребителем, что уж говорить о боевом взаимодействии. Так что три недели мы с ней ходили на симулятор, где, учитывая её викторианские нравы, одну машину отгородили ширмой от остальных, и сражались с нарисованными противниками.
А наши вначале поработали в патрулях возле Титана, потом слетали к Энцеладу, а под конец даже поучаствовали в миссии у Кольца.
Я злился, но поделать ничего не мог. Моё новое взрослое тело было чудом, надеяться, что Эля вдруг почувствует опасность и вновь меня подстрахует, не стоило. Так что я бродил по базе единственным взрослым пилотом, чувствуя своё полное одиночество. Все были со мной дружелюбны, но не более того. Ну а как дружить взрослому мужику, который каждый день вынужден бриться, с юнцами-пилотами? Тело влияет на сознание куда сильнее, чем можно подумать. Мне пилоты казались слишком быстрыми, суетливыми, поверхностными, не способными думать ни о чём серьёзном. А я для них был словно цирковой уродец, бородатый мальчик ростом метр девяносто. Я стал заходить вечером в столовую и пить пиво с морпехами. Мне наливали без вопросов, но удовольствия я не получал.
Всё не то. Всё не так.
На двадцать третий день Хелен впервые выпустили в реальный полёт у Титана. Она получила позывной «каппа-четыре» и отправилась в суточное патрулирование вместе с Эрихом, Джеем и Анной.
Я был за неё искренне рад. И только когда ребята вернулись, понял, что нашивка «каппа-четыре» теперь принадлежит Хелен.
А я остался без эскадрильи.
В тот вечер я долго сидел с четвёркой в комнате Анны. Героиней, конечно, была Хелен. Она справилась, она хорошо пилотировала, она вспомнила какие-то фрагменты прошлого. Так что команда шумела, орала, литрами пила колу и безалкогольный (враньё, полпроцента там есть) сидр. Я пытался влезать в разговор, но вскоре понял, что мой голос слишком громкий и грубый, что я торможу и не успеваю вместе с ними перескакивать с темы на тему.
Так что я сообщил, что мне надо в сортир и я схожу к себе в комнату. Вообще-то нормальная фраза в компании пилотов, но на меня глянули так, что я сразу понял ошибку. Я был взрослым мужиком, сообщившим компании детишек, что хочет посетить туалет, и реакция соответствовала.
В туалет я, конечно, не пошёл, а отправился в клонарню.
Хоть тут внешний возраст и статус кавалера «Звезды серафима» сыграли своё! Меня пустили к тушке и с гордостью продемонстрировали результат месячной работы. Кожа у клона была бледная, мышцы дрябловаты, и я оценил его возраст как девять-десять лет. И как мне исполнить обещание и встретиться через шесть дней с вонючками на Япете? Придётся лететь без подстраховки.
Клонарь моё мнение подтвердил и показал энцефалограмму – мозг клона пока не развился достаточно, чтобы принять моё сознание. Нужен ещё как минимум месяц созревания… А потом врач деликатно вышел, оставив меня наедине с тушкой, напомнив, что будить клона нельзя.
Я стоял и смотрел на десятого. Конечно же, я знал, что если просто вывести его из состояния сна, то это будет младенец в теле подростка. Всякие там сосательные-хватательные рефлексы и девственно чистые мозги.
Никого я не убиваю, переходя из тела в тело…
Я лишаю его возможности кем-то стать, вот и всё.
Но это ведь я?
