Читаем Девятый онлайн бесплатно
Болван-Мишка рухнул лицом на пол, я оказался сверху, прижал ему ноги и приставил кортик к пояснице. Опять всё получилось как-то неожиданно просто и понятно, словно это был не я. Точнее – не только я. А ещё и взрослый Свят, проживший свою нелегкую человеческую жизнь, в которой ему доводилось не только самолётом управлять, но и драться насмерть.
– Брат-пилот, я сдаюсь! – воскликнул Мишка.
На мгновение я задержал удар. Уж очень натурально было сказано.
Потом взял рукоять кортика двумя руками. И, навалившись всем телом, вонзил его в болвана, сминая и замыкая энергетические ячейки.
Мишка дёрнулся в судороге и застыл. Руки-ноги-голова – всё застыло посреди движения.
– Падшие тебе братья, – сказал я. Почему-то в это мгновение я уверился, что всё это проделки демонов.
Я прыжком поднялся. По-хорошему, стоило бы Мишку ещё потыкать кортиком, но надо было спасать писателя.
Встал я как раз вовремя, чтобы застать конец самого драматичного происшествия в жизни Александра Снегиря. Визжащая и хихикающая Мари продолжала душить писателя, тот уже шатался, пускал пузыри изо рта и носа, но всё-таки не сдавался, колотил болвана локтями и неуклюже бился спиной о стену, пытаясь приложить Мари посильнее. Толку с этого было ноль, но он хотя бы боролся.
А к ним приближался скрипач Петя Валдфлус, держа в руках тонкую нить. Он как-то очень меланхолично зашёл к Снегирю со спины, вскинул руки – будто призывая невидимый концертный зал к тишине.
И забросил нить на горло Мари.
После чего с совершенно дикой скоростью задвигал руками влево-вправо, влево-вправо!
Несколько секунд Мари не реагировала, увлеченно продолжая душить писателя. Потом завопила совсем другим голосом и повернула голову к Пете.
Тот невозмутимо продолжал работать руками.
Голова Мари вдруг запрокинулась, повисла на каких-то остатках проводов и трубок. Петя заработал руками еще энергичнее.
Голова болвана-Мари рухнула на пол. Тело тут же разжало руки и сползло со спины писателя. Тот схватился за горло, стал шумно дышать, разминая шею, потом произнёс несколько нехороших слов.
– Ничего себе… – сказал я, глядя на Петю. – Из чего у вас струны?
Петя задумчиво посмотрел на струну, которую продолжал держать в руках. Сказал:
– Это «ми». Она из вольфрама, с карбоновой оплёткой.
– А я думал, что струны для скрипки делают из конских кишок, – зачем-то брякнул я.
Петя посмотрел на меня снисходительно.
– Ну что вы, юноша! Какие кишки, мы же в двадцать первом веке живём!
Снегирь прислонился к стене. Посмотрел на неподвижное обезглавленное тело Мари, хрипло воскликнул:
– Как ты могла, Мари!
– Звёзды зовут домой… – тихо произнесла голова Мари свою коронную фразу, которой заканчивалась каждая книжка. Видимо, на остатках заряда в процессорном блоке.
Может, именно для этого процессор и помещают в голову болвана? Чтобы было интуитивно понятно, как их уничтожить. Если вдруг потребуется.
– Я больше не смогу про тебя писать… – удручённо сказал Снегирь. Легонько пнул неподвижный корпус болвана. Посмотрел на неподвижного Мишу. – И про тебя! Мишка, ты же лучший пилот Солнечной системы!
– Да оставьте вы, мастер! – воскликнул я. – Это же не настоящие пилоты! Это даже не ваши персонажи! Это болваны! Куклы говорящие!
Писатель молчал, продолжая страдать и обиженно глядя на поверженных роботов. На шее у него остались красные отпечатки ладошек.
– Вы ведь что-то почувствовали, да? – спросил я. – Вы их опасались?
– Они иначе себя вели со вчерашнего вечера, – сказал Снегирь. – Слишком уж реалистично. Мне как-то не по себе стало. Я даже про вас подумал, что вы робот, извините!
– Зачем вы вообще используете болванов-компаньонов? – удивился я. – Они куда дороже болванов-актёров и избыточно сложнее!
Петя и Александр уставились на меня.
– В поездках удобно, – сказал Снегирь смущённо. – Багаж носят, в номере прибирают… то да сё…
– С вас новая струна, Александр, – сказал Петя. – Эту можете забрать на память.
– Непременно! – вдруг оживился Снегирь. – А эта теперь мой талисман! Повешу на неё главные микросхемы этих бракованных болванов и буду носить на груди!
И он с чувством пнул туловище болвана-Мари.
Я покачал головой.
Не пойму я этих творческих людей. Вроде такие, не от мира сего. И при этом один отпиливает струной голову болвану, выглядящему как живая девчонка, а другой даёт отключенному роботу пинка.
Никогда не буду ссориться с музыкантами и писателями!
Я не стал никого брать с собой.
Несмотря на их неожиданный героизм, и Петя, и Александр гражданские. А на корабле больше нет болванов-компаньонов, остались только сервисные. Они крепче, сильнее, под серой пластиковой кожей у них прочная карбоновая сетка и усиленный каркас. Никакой струной не задушить и не отпилить голову.
А ещё экипаж. Один мёртв, но даже мёртвым он пытался меня схватить. Драться насмерть с людьми – это надо иметь особый склад характера.
Так что я попрощался с Петей и Александром, посоветовал им ждать в каюте и поднялся на палубу выше.
