Читаем В городе ромеев онлайн бесплатно
Тень давали полотняные навесы торговцев. В начале улицы продавался самый дорогой и изысканный товар – ювелирные украшения. Друзья, бывавшие в современной Турции, говорили, что возле серебряных лавок надо ускорять шаг. Иначе зазывалы схватят, буквально набросят ожерелья, заставят примерять кольца. Царьградские ювелиры вели себя прилично: их товар в уже привычных застеклённых чашах стоял на улице, а хозяева сидели внутри, только зорко поглядывали на покупателей, иногда вежливо приглашали войти. Воины спрашивали о ценах, пересчитывали, просили Антошку помочь. Может, торговцы шутили, может, нет, но годовое жалование ушло бы на одну цепочку с кулоном, правда, изящную.
– Ничего, братья, будет война – без денег такого добра наберём, – заметил Мал.
Торговец то ли понял, то ли нет, а Антон не стал переводить.
Дальше шла торговля попроще и погромче. Торговцы уже не сидели в лавках, а выскакивали, вели охоту на покупателей.
Скоро встретили знакомых – варягов, не ходивших во дворец. Среди них был Уто. Он вертел головой по сторонам, да так интенсивно, что Антошка испугался за его шею.
Друзья даром времени не теряли. У одного из руссов, собиравшихся вернуться в Киев, в руках был платок – верно, купил для супруги.
– Настоящий шёлк из страны Катая, – удовлетворённо говорил русс. Антошка поглядел на покупку с сомнением.
– О, привет, юный варвар Антон, – послышался знакомый голос.
Антошка оглянулся. Конечно, это был Кор. Руссы и варяги с удивлением посмотрели на него. Между тем Кор увидел платок.
– Уважаемый чужеземец, – воскликнул он в восторженно-заискивающем тоне, – не проходите мимо моей лавки. Вы ищете красивые вещи? Специально для вас я сберёг этот удивительный платок из настоящего шёлка. Его сделали мастерицы царского дворца в далёком Катае. Этот платок проехал две тысячи милей на спинах мулов, быков, верблюдов, слонов и неизвестных мне животных. Теперь он здесь и должен стать вашим. Вам повезло, я закрываю торговлю и хочу совершить добрый поступок. Всего номисма, всего одна номисма, и это чудо ваше! Антон, спроси отважного воина: это чудо стоило номисму, или торгаш вспомнил о своей бессмертной душе и взял половину?
Антошка переводил, и с каждым словом воин печалился. Платок стоил именно полномисмы.
– Их делают в Галате, по ту сторону Рога, – обычным тоном сказал Кор, – отдают лавочнику на продажу по десять штук за номисму. Горожанину они продали бы его за пятьдесят фолов, четвертинку номисмы. За такие проделки полагается плеть, но местные псы получают десятину с каждой сделки, и торгаш всегда остаётся безнаказанным. Антон, скажи этим отважным воинам, что я покажу им, где можно дёшево купить тюк этой дряни. Если варвары ещё не обменяли свои варварские деньги и не продали меха, я покажу вам честных менял и торгашей. Кроме того, если торговцы увидят вас в моей компании, вы сможете прийти без меня, но вас всё равно не обманут.
– Кор, пойдём с нами, – предложил Антон.
– Пойду с охотой, – ответил знаток константинопольских рынков. – Все поручения Романа я уже выполнил и собирался найти приключение для себя. Пусть сегодня оно будет простым и безопасным.
Антошка вспомнил, как познакомился с Кором. Может, то приключение и было простым, но безопасным его не назвать.
– И часто ты попадаешь в опасные приключения?
– Да. Обычно выпутываюсь сам. Если приходится совсем туго, Роман выручает. Он предупредил меня, что не вытащит, только если я попаду в мятеж или дворцовый заговор. И то без его разрешения.
– А чем занят Роман? – Антошка вспомнил, что это опекун.
– Он свободный адвокат. Юный варвар, поговорим, когда сядем за стол. На ходу беседуют только философы, и то не на рынке.
«Намёк понят, – усмехнулся Антон. – Кстати, поесть не мешало бы. Причём, сидя в тенёчке».
– О, вот свечник Тимофей, – Кор указал на лоток под навесом, уставленный свечами как примитивными, так и изящными. – Это очень честный свечник: он разбавляет воск только свежим жиром, а не протухшим. Тимофей, не сердись, это же хвала!
– Здравствуй, Филипп, – Кор поздоровался с торговцем в фартуке, усыпанном мукой. – Это очень честный булочник. Эпарх – правитель города запрещает менять цены на хлеб, но если зерно подорожало, можно продавать хлеб, испечённый в уменьшенной форме. Филипп сам себе эпарх, он продаст вам маленький хлебец вместо большого, даже если пшеница дешевле речного песка.
– А это благочестивый Макар, торговец мощами святых, – быстро сказал Кор и перекрестился, – он чудесный торговец. У него в холщовом мешке обломок колеса святой Екатерины, четыре пальца святого Петра и тридцать восемь зубов святителя Николая. Если бы вы были не варвары, а богатые и наивные провинциалы, он бы непременно…
Благочестивый Макар, сгорбленный, но бодренький старичок, подскочил к Кору и едва не огрел его своим посохом. Тот ловким прыжком оказался за спиной ближайшего варяга. Макар сказал фразу – хронокомпас перевёл её как «помёт очень плохого осла» – и удалился, так как Уто замахнулся на него дротиком.
