Читаем В городе ромеев онлайн бесплатно
Реакция слушателей оказалась разной. Кому-то понравилось, кто-то, напротив, стал выспрашивать, как звали девушку, как звали воина, что с ним случилось в далёком краю.
«Не любят они чистую лирику, – подумал Антошка. – Ничего, в следующий раз расскажу им какое-нибудь фэнтези с драконами, кладами и мечами».
Он посмотрел на Руалда. Тот вначале внимательно слушал историю. А потом застыл, будто заснул сидя. Нет, вроде не заснул, глаза открыты. Но когда ему протянули ковш, не сразу обратил внимание. А взяв, расплескал на песок возле костра.
Началась новая сага – о прославленном вожде, что прибыл в гости к другому конунгу. Ночью он бродил по дому, упал с чердака в огромный чан мёда, сваренного на всю дружину, и утонул. «Полезная история, – решил Антошка, – не раз подумаешь, стоит ли напиваться на пиру. Кому нужна такая посмертная слава?»
Он отошёл от костра, сел на берегу Днепра. Было ещё тепло, над головой поблёскивали звёзды. Было тихо и немного грустно.
Сзади заскрипел песок. Антошка не успел обернуться, как тяжёлая рука легла ему на плечо и слегка сдавила.
– Тебе рассказал о ней Уто? – спросил Руалд.
Хронокомпас не передавал эмоций, но подлинный голос был слышен. «Он очень взволнован и рассержен, – понял Антошка. – Вот почему он не позволил Уто ответить на мой вопрос. А я спрашивал, почему Руалд уехал на три года».
– Нет, – ответил Антон. – Поверь, Уто ничего не рассказывал мне. Это действительно песня моего народа. Её очень хорошо поёт девушка по имени Хелависа. Возможно, эта история приключилась с ней самой.
– Она обещала ждать меня, – тихо произнёс Руалд. Было видно, что он уже не сердится. – Её отец сказал мне, что будет ждать три года, а потом отдаст её замуж. Но я уверен: она будет ждать меня, пока не поседеет. Антон, если бы мне пришлось выбирать, стать конунгом или её мужем, я бы выбрал её!
«Вот так вот, нечаянно расстроил хорошего человека», – подумал Антон и сказал:
– Руалд, у моего народа есть такая примета. Если человек услышал в песне о своей судьбе, то в жизни будет по-другому. Ты непременно вернёшься к ней и станешь конунгом.
– Надеюсь, – сказал Руалд, – эта примета сбывается не только для людей твоего племени. Ладно, пойдём. Ещё вылезут русалки.
И вернулся к костру.
* * *
Пиршество продолжалось ещё час, а может, и два – часов у Антошки не было. Нельзя сказать, что руссы и варяги вели себя культурно, но обошлось без пьяных ссор. Лишь у одного костра чуть было не заварилась драка. Но из темноты выскочили несколько воинов, похоже полностью трезвых, оттащили драчунов к реке, окунули на мелководье. Конфликт закончился.
Закончился и пир: от костров осталось лишь несколько рдеющих углей, а от быка одни косточки.
Пошли спать. Уто мёда мимо рта не проносил, поэтому сочинял и декламировал стихи, повиснув у Антошки на плече. Потом свалился на палубу, растянулся, так что Антону пришлось подвинуть его и расстелить свою овчинку. Даже захрапел каким-то поэтическим размером.
Конечно, на границах лагеря стояли часовые, но внутри спали все, кроме Антошки. Он поглядывал на звёзды, пытался вспомнить их названия. Интересно было бы спросить об этом новых друзей, но они ложатся рано и к звёздам равнодушны.
Кстати, а так ли ему нужно это путешествие? В турпоходы он ходил, однажды плавал на байдарке с папой по реке в Карелии. Тогда тоже спал на речном берегу. Но всё выглядело куда безопасней и надёжней. С собой у них были аптечка и спасательные жилеты; в крайнем случае можно было вызвать МЧС. А тут нехорошо и с бытовыми условиями, и с гигиеной. А впереди пороги и печенеги, а может, и ещё какие-нибудь опасности.
Правда, плывут они в Константинополь. Странно, что его не называют Царьград – верно, так назвали позже. А в настоящем это Стамбул, город интересный, но Антошка знает про него меньше, чем про Рим. Надо бы вспомнить всё, что он когда-то читал про Византию…
К храпу добавился какой-то посторонний звук. Антон открыл глаза, повернул голову. Через борт ладьи перелез Кракабен. Он старался не шуметь, хотя кто его услышит после такого весёлого вечера? Разве что Антошка…
Кракабен медленно пробирался среди спящих. Не к нему ли двигается? Может, этот маньяк всё же решил принести его в жертву? Антошка уже узнал смысл имени колдуна, точнее, клички – кракабенами шведы называют мудрецов, умеющих гадать по вороньим костям. Да он и внешне напоминал чёрного ворона, спустившегося на поле битвы. Тем более ладья после пира почти так и выглядит.
Но Кракабен шёл не к нему. Он остановился возле мачты, где спал Руалд, но не около спящего воина, а около сундука с его вещами. Присел. Непонятно только, что он делает. Похоже, лезет в сундук и роется там.
У Антона на миг перехватило дыхание. Как ни мало знал он о реалиях этого мира, но Кракабен делал что-то совершенно непозволительное. Закричать? Но проснутся ли? А вдруг Вороний гадатель доберётся до него раньше, чем проснутся хмельные друзья, и возьмёт на душу ещё один грех?
