Читаем Тихое онлайн бесплатно
А потом сказал:
– Моряков, а ты к коньяку как относишься? Стоит у меня в кабинете бутылочка, как-то все не до нее было… А раз уж мы тут застряли…
Генка растерялся так, что даже не знал, что ответить. Последний раз, когда кто-нибудь из начальства предлагал Генке выпить с ним, было никогда.
– Слушайте, – нашелся он наконец, – я, конечно, могу долго о своем отношении к этому благородному напитку рассказывать. Но давайте я вам лучше покажу.
Полковник рассмеялся.
Молнии забили чаще, но хуже всего был поднявшийся ветер. Иной раз он едва не сбивал с ног, а еще нес в себе частички земной пыли, и те больно царапали щеки, норовили забиться в ноздри, рот и глаза. Не видно было ни зги, и возможность осмотреться появлялась, только когда ветер ненадолго стихал.
Саня понял, что бродит внутри огромного кратера. Такого большого, что тут легко поместился бы средних размеров город. Кратер вышел не гладким: был полон земляных отвалов и крутых обрывов.
Саня ожидал, что скоро хлынет дождь. И не удивился бы, если бы тот оказался едким настолько, что мигом сжег его. Но с отвратительных бензиновых небес так и не упало ни капли.
Тварь не убила его. Она им побрезговала.
Набросившись и схватив Саню так же, как в кабинете полиции Тихого, она с силой сжала его руки, притянула к себе, распахнула пасть… и остановилась. Открыла щели ноздрей и, шумно вдохнув, повела головой из стороны в сторону. Она будто рассматривала его, но не глазами, а носом. А потом тварь издала протяжный вой. В нем была не ненависть, как раньше, но невыразимые боль и тоска. Мерзостень отшвырнул от себя Саню, как ребенок надоевшую игрушку. И, продолжая принюхиваться, убежал прочь, скрывшись за земляной насыпью.
Саня стоял в полнейшем недоумении и остро ощущал свое одиночество. Он осмотрелся, осознавая, что он первый человек, чья нога коснулась этого чуждого мира. Легкие едва справлялись с местным удушливым воздухом. Его тошнило и била дрожь – это место высасывало силы, каждая секунда словно бы старила его на годы. И тем не менее по какой-то нелепой случайности и прихоти мерзостня он все еще оставался жив.
И Саня побрел вперед. Не потому, что у него была цель. А просто потому, что стоять на месте не имело смысла. Он шел, а молнии били все чаще, и ветер дул все сильнее. И до него доходил весь ужас ситуации: умереть быстро, прежде чем что-либо поймешь, может, было бы и не страшно. Но медленно умирать от удушья и голода под этим чужим тошнотворным небом в окружении мертвой земли и чудовищ…
Ветер стих так же внезапно, как и начался: очередные порывы стали слабее, пауза между ними длиннее, а затем погода вернулась к тому, что здесь, видимо, считалось нормой.
Бредя шаг за шагом к выходу из кратера, к тому далекому месту, где виднелись его края, резко падающие вниз, Саня встретил еще нескольких тварей. Как и та, с которой он оказался здесь, они не стали нападать. Мерзостни понюхали воздух, будто в его тяжелых взвесях вообще что-то возможно было унюхать, и отвернулись, потеряв к человеку всякий интерес. Саня почти уговорил себя поднять руку и коснуться ближайшего чудовища, но передумал. То, что бугрилось под их кожей, вызывало навязчивую мысль о копошащихся там неведомых паразитах.
Однако Саня убедился, что в первый раз не был сожран отнюдь не случайно. По какой-то причине местные обитатели не хотели набрасываться на него, чтобы рвать плоть, наслаждаясь его мучениями. Как они делали это со всеми людьми, когда гостили в нашем мире.
Время для Сани потеряло всякий смысл: он даже не понимал, насколько далеко ушел. Ландшафт не менялся вовсе – все те же земляные отвалы. Каждая насыпь пепельно-серой земли ничем не отличалась от предыдущей. Небо оставалось таким же темным и продолжало хаотично переливаться неприятными кислотными цветами. Все здесь было однообразным, и единственный ориентир, что был у Сани, – это далекие края этого гигантского кратера.
С досады Саня пнул попавшийся под ногу камень. И замер. Подошел, поднял его и внимательно осмотрел. Огляделся, изучая ближайшие отвалы, и понял, что один из них – это укрытая налетевшей землей груда вот таких же камней. И он их уже видел…
С той стороны, куда убежала последняя пара мерзостней, послышался вой. На этот раз – не злой и не печальный, наоборот, какой-то даже торжествующий. Саню поразила эта звенящая в ушах мажорная нота, столь диссонирующая с окружением.
К черту! Если он и стал ближе к тому, чтобы выползти из кратера, то ненамного. Ему, судя по всему, предстоит идти еще десятки километров, и небольшой крюк ничего не изменит. Он пошел на звук.
Сане пришлось преодолеть несколько высоких земляных холмов, когда он увидел группу мерзостней, столпившихся вокруг чего-то, лежащего на земле. Они нетерпеливо толкали друг друга, иной раз отпрыгивали и снова стремились к объекту своего интереса. Будто играли с чем-то.
