Читаем Тихое онлайн бесплатно
– Вы как тут оказались в целом-то?
Саня пожал плечами:
– Интервью приехали взять, по заданию редакции.
Лицо Ивана Иваныча вдруг застыло, да и тон резко стал холодным и жестким.
Саня подумал о том, что собеседник только играет простого человека. С чувствами там, состраданием. Но когда надоедает, он показывает, кто он такой…
– Ты дебила из себя не корчи. Я спрашиваю: как вы тут оказались? Почему вас пустили вообще?
Саня напрягся. Вот тут было крайне важно не сболтнуть лишнего. Нельзя было упоминать Данилу Красноармейца, а лучше было вообще не говорить ни о каких историях с верхушкой ФСИН. Поэтому, насколько было возможно, журналист изобразил святую невинность:
– Главред дал задание, выписал командировку. Сказал, что пустят, нас и пустили. Как, почему – нам такое не докладывают.
Иван Иваныч выждал паузу, заставляя Саню чувствовать себя не в своей тарелке. Типичный прием, журналистов такому же учат. Молчание заставляет людей продолжать говорить. Поэтому Саня приказал себе думать, что говорить ему больше нечего.
Наконец фээсбэшник кивнул. Толкнул ногой дверь, слегка зашибив стоявшего за ней худощавого охранника.
– Подслушиваешь, младший лейтенант? – холодно поинтересовался мужчина.
Тот не на шутку испугался:
– Никак нет. Просто стоял. И простите, просто лейтенант, а не младший. – Он показал на погоны в качестве доказательства.
– Посмотрим, – отозвался Иван Иваныч, пожав плечами. Усмехнулся, увидев испуг в глазах лупоглазого, махнул рукой в сторону журналистов: – Уводите!
Лупоглазый кивнул сначала, а потом нахмурился:
– Ментам передать? В смысле… полиции?
– Да отпускай ты их! Вещи верните.
Лейтенант удивился, но спорить не стал. Видимо, очень не хотел понижаться до младшего.
Уже получая на руки свои телефоны, Саня и Паша услышали от Ивана Иваныча:
– Формально приказать я вам не могу. Но убедительно прошу: останьтесь на день-два в Тихом. На случай, если еще вопросы к вам появятся. Когда можно будет уехать, я позвоню.
Подвезти их до Тихого добровольцев не нашлось. Степан Петрович, может, и согласился бы, да давно уже укатил на свой законный выходной. Так что пришлось идти пешком. Вечерело, и в сумеречном свете дорога между высокими деревьями смотрелась жутко. Леса вокруг Тихого вообще казались мрачными, а когда знаешь, что там и змеи водятся в немалом количестве, и прочие гады, становится только страшнее.
– Какого хрена, ассасины гребаные? – закричал в трубку шеф-редактор «Сейчас!», едва Саня взял трубку. Понятно, что о смерти начальника колонии ему уже было известно.
– Да не трогали мы его, – начал было Саня, но Михалыч прервал его:
– Уж надеюсь! Как человек. Как газетчик немного расстроен: статья была бы что надо – «Журналисты завалили…».
– Борис Михайлович, нам не до шуток сейчас. Он у нас на глазах пулю себе в голову пустил.
Редактор выругался и потребовал рассказать все с момента, как они зашли в колонию. Когда разговор зашел о сотруднике ФСБ, Михалыч несколько раз уточнил:
– Точно про Данилу ничего не говорил?
– Точно, я не дурак.
– Ты-то – возможно, а Пашка…
– А Пашка о нем ничего не знает.
Фотограф обиженно посмотрел на Саню: о ком это ты там, мол, с шефом говоришь и о ком я ничего не знаю? Саня махнул рукой – давай потом.
Шеф продолжил:
– Ладно, молодец. Но ты представь, как я офигел, когда мне Данила звонит и орет: «Каких таких идиотов ты к Богданову отправил? Они его убили, походу!» Вам звоню – трубки не берете…
– У нас телефоны забрали.
– Ему перезваниваю, он уже тоже недоступен. Думаю, подстава, может, какая, уже всех юристов наших на уши поставил. Ладно, хорошо, что камера все писала, давайте садитесь на электричку и…
– Нельзя, – вздохнул Саня, – нам Иван Ива… фээсбэшник, короче, сказал пару дней тут еще побыть. На случай, если у него вопросы появятся.
– Ладно, оставайтесь в гостинице, не высовывайтесь. Буквально! Сидите в номере, двери заприте. Мало ли, у каких местных алкашей возникнут сомнения в вашей невиновности, и они пойдут вам суд Линча устраивать.
Об этом Саня не думал. Но сейчас, когда шеф об этом сказал, идея глупой не казалась. В Тихом и не такое случалось. Мысль запереться была хорошей, только вот…
– Борис Михайлович. Мы ж не узнали ничего. Про Залепиных, я имею в виду…
– Так, слушай сюда, Саня, очень внимательно. – Тон шефа стал как никогда серьезным. – Я рад, что в тебе проснулся журналист, да будильник прозвенел не вовремя. Статью как-нибудь напишем, если сейчас ее вообще дадут публиковать, но копать не нужно: и себя подставить можете, и Данилу. А хуже всего – меня. Я у мамы один такой красивый, мне из-за вас ни кресла, ни свободы терять не хочется. Все понял?
Как Саня и подозревал, громкие статьи «Сейчас!» были санкционированы сверху.
– Понял, Борис Михайлович.
– Вот и молодец. Постараюсь пообщаться с кем надо, чтобы вас быстрее оттуда отпустили. Ну все, много порнухи не смотрите, мне потом гигабайты трафика вам еще оплачивать.
