Читаем Ретрит онлайн бесплатно
К неудовольствию Мари Ириней подружился с Лео и тут же был приглашён братом в их дом. Лишь этого не хватало — видеться с ним не только на визитах, но терпеть присутствие графа в собственной гостиной. Однако, хоть это было и неприятно, вся прелестная головка Мари была отныне забита лишь мечтами о собственной будущей свадьбе, об Арсеньеве и встречах с ним, коих, вдруг заметила девушка, стало как будто меньше. Как только Дмитрий собирался нанести визит будущим родственникам, мать или сказывалась больной и отменяла приглашение, или находилась веская, по ее мнению, причина отсутствовать именно в это время дома, разумеется, вместе с Мари — дочери непременно полагалось сопровождать матушку в ее поездках к скучающим матронам или на незначительные вечера к дальним родственникам. Мари возмущалась, пыталась противиться матери, хотела действовать даже обманом — сказывалась больной, но на Ханну Бориславовну не влияло ничего. В своем решении она была непреклонна и практически приказывала Дуняшке одевать барышню. Зато во все приезды к ним домой Иринея Хрептовича мать выказывала ему исключительное радушие. В такие вечера Мари полагалось быть в своих лучших платьях в гостиной, играть на клавесине, развлекая гостя, вести с ним приятные беседы.
Мари негодовала, зачем все это? Ведь решено самим Императором, получено согласие той же матушки, Дмитрий и она счастливы называться обрученными, женихом и невестой. Так для чего ей теперь проводить свои вечера не с женихом, от которого матушка словно скрывала ее, а с ненавистным графом Хрептовичем? Это было выше понимания девушки.
В очередной приезд графа Мари едва выдержала его тяжелый взор. Ей хотелось спрятаться от него, исчезнуть, только бы не находиться под гнетущим взглядом. Сегодня мать опять сказалась простуженной, отказала Мите в визите и тому пришлось уехать не солоно хлебавши. Но это была ложь — в доме никто не хворал. Зато позже в гости явился Ириней. И началась пытка.
Как только он покинул дом, мать вернулась в гостиную. Мари крепко сжала в руке Митин подарок — четки из вулканита. Ей казалось, что они защитят, не дадут матери разрушить ее хрупкое счастье.
— Ты вела себя отвратительно. — Заявила Ханна Бориславовна с порога.
— Я была почтительна, как того требует этикет.
— Это же надо! Такой человек навестил её, а она сидит со скучным видом, будто оглоблю проглотила.
— Мне не интересен граф. Меня волнует моя свадьба. — Подала голос Мари и тут же пожалела, что эти слова вообще слетели с ее уст.
Лицо Ханны Бориславовны перекосило от злобы:
— Не смей мне напоминать об этом. Помолвка — ещё не свадьба! Я поспешила, совершила ошибку, но сделаю все, чтобы ее исправить. — выплюнула с ненавистью Ханна Бориславовна.
Мари пришла в ужас. Так не бывает. Если просватали, назад дороги нет! Или?
— Нет, матушка! Я прошу вас, умоляю, не препятствуйте! Вы же дали согласие! — Мари была близка к истерике.
— Мало ли, что я дала! Он же нищ, как церковная мышь. Хочешь скитаться всю жизнь по гарнизонам? Прозябать среди болот под Новгородом или где там у них имения?
— У Мити много земель, он сказывал. У нас будет дом, он будет служить, добьется регалий и почестей. Ему уже благоволит Александр Павлович. Он же наградил его за дело при Голымине.
Мать саркастически расхохоталась. В этот момент она показалась Мари страшным чудовищем — с такой ненавистью Ханна Бориславовна упоминала об Арсеньеве.
— Ах, Мари! Какая же ты у меня еще глупая! Любовь Императора слишком скоротечна. Сегодня он благоволит одним, а завтра уже и не замечает их. Я тоже поверила твоему папаше, что обещал мне златые горы, да только итог всех жен офицерских — сидеть в гарнизоне или в имении с малыми ребятишками, пока он между муштрой на плацу и любовницей посещает Собрание, проматывая там последнее в карты.
— Митя не та… — Мари даже договориться не успела, как получила от матери оплеуху и от неожиданности и страха схватилась за щеку той рукой, в которой были чётки.
— А это что такое? Откуда? Он подарил? — По испуганному лицу дочери мадам Ренне поняла, что попала в точку. — Чтобы я их не видела никогда большее!
Ханна Бориславовна закричала, словно обезумевшая, дернула дочь за руку, тонкая нитка натянулась и лопнула. Чёрные бусины покатились по паркету в разные стороны. В руках у девушки остался лишь маленький прямоугольный крестик, довольно грубо вырезанный из вулканита. Мари успела зажать его между пальцев, да тем и сберегла. На глаза навернулись слезы. Мать метнула уничтожающий взгляд и вышла из комнаты, хлопнув дверьми.
Несчастная Мари попыталась собрать бусины, но они укатились — не собрать. Да и какой прок от того? Мать не позволит хранить их у себя. И тогда она решила спрятать хотя бы распятие.
