Читаем Ретрит онлайн бесплатно
Мари подняла глаза на даму, что протянула ей питье и признала в ней хозяйку особняка — Марию Антоновну Нарышкину. Та обворожительно улыбалась. Мари же вспыхнула, заливаясь краской и, кажется, только теперь все вспомнила. Какой конфуз — грохнуться в обморок прямо во время первого бала этого сезона.
Нынче у Нарышкиных было многолюдно. Мари с братом и матерью подъехали к особняку влиятельных при дворе особ в длинной веренице таких же колясок. Все гости ожидали своей очереди, чтобы остановиться у парадного входа, выбраться из экипажа и войти в дом. У крыльца толклись офицеры, они смеялись и подшучивали друг над другом. Ханна Бориславовна скривила губы, всем своим существом выражая презрение молодым людям.
— Чертово племя! — Выругалась она вполголоса, но Мари услыхала. — Все бы хохотать и шутить непотребно. Пустоголовые солдафоны.
— Ну, что вы, маменька, кто-то же должен отстаивать интересы государства во время войны, поддерживать порядок в случае чего. — Со скучающим видом бросил Лео.
— Только на эту роль и годятся эти болваны!
Мари отвернулась. Она не считала военных таковыми, как их видела мать. В представлениях девушки все офицеры были прекрасно образованы, галантны и жили только лишь служением своему государю. А шутки… одному Богу известно, об чем шутят мужчины в курительных комнатах, в кабинетах, когда рядом нет дам. Так чем же шутки военных не угодили? Просто матушка испытывает презрение ко всем, кто беден, а офицеры зачастую шли служить, ибо были затруднены в средствах, несмотря на знатное происхождение. Гражданская служба, в отличие от военной, давала еще меньшее жалование.
Коляска наконец остановилась у крыльца, и Мари аккуратно выбралась из неё, опершись о руку брата. Вход дворца Нарышкиных на Фонтанке был ярко освещён фонарями и гости, выходя из экипажей, оказывались в желтоватом пятне света. Она кожей почувствовала на себе взгляды, но воспитание не позволило даже головы повернуть в ту сторону, откуда её откровенно рассматривали. Выдохнув, девушка проскользнула в парадную и легко впорхнула в открытые швейцаром двери. Матушка тяжело шествовала рядом, опираясь на руку любимого сына.
Этот бал у Нарышкиных был не их уровня. Да, род Ренне был довольно стар, но богатств за ними не водилось, отец Карл Иванович, хоть и дослужился до чина генерала-поручика, но службу оставил много лет назад, а три года и вовсе оставил этот бренный мир и их семью наедине с непогашенными долгами и обязательствами. Матушка же, являясь некогда фрейлиной при дворе Павла, теперь положение свое утратила. Новый император — новый двор.
А потому попасть на балы в первые дома Петербурга было довольно проблематично. Но с этим каждый раз обходилось. Мари оставалось лишь гадать, каким чудом за две-три недели до очередного бала, им приносили письмо-приглашение от влиятельных ныне при дворе особ. Была ли в том заслуга Леопольда или их приглашали по старой памяти, помня об идеальной репутации семьи, Мари не знала, но побывать в богатейших домах столицы было даже интересно.
Рассматривая отделанный мрамором камин, Мари ждала, покуда швейцар возьмет её одежду. Капли дождя на утепленной накидке блестели, словно бриллианты.
Тяжелая дубовая дверь хлопнула, отворилась и в холл ввалилась развеселая компания мужчин, которые только что толпились у входа. Мари хотела украдкой рассмотреть их, но Лео передал её манто швейцару. Матушка же незаметно подтолкнула девушку в бок и это значило, что задерживаться неприлично. Мари отвернулась и пошла через комнату дальше в помещение с широкой, мраморной лестницей, устланной красивейшим шелковистым ковром, спиною ощущая прожигающий её взгляд. Кто же так разглядывал ее? Мари не первый год бывала на балах, уже третий, и так или иначе, ее знали. Кто-то оказывался знакомым брата, кто-то помнил еще матушку, когда та являлась статс-дамой Ее Величества. В любом случае, семейство их было многим известно в Свете, а Петербург, как известно, хоть столица, но все одно — каждый знает обо всем, что в этом Свете творится.
У Нарышкиных они были впервые. При дворе Александра Павловича эта семейство получило несказанное влияние. А потому целью матери было непременно попасть к ним на бал. Ханна Бориславовна считала, что именно тут они смогут найти жениха для Мари. Убранство комнат и залов поразило воображение юной барышни. Повсюду расставлены были корзины и вазы с цветами, удивительно тонко и гармонично подобраны между собой, играла ненавязчивая музыка. А уж сколько здесь было гостей! Весь Петербург собрался у Нарышкиных. Гости тихо беседовали, перебрасываясь приветствиями.
Мари в сопровождении матушки и брата прошествовали к хозяину дома, встречавшему всех гостей собственноручно. Мельком Мари успела заметить свою приятельница Мими и кивнула ей из вежливости головой, приветствуя. У бала свой распорядок — без приветствия хозяина дома нельзя подойти к другим знакомым. Сначала высказать дань уважения тем, кто бал организовал, а уж потом можно общаться с другими гостями.
