Читаем Сильвер онлайн бесплатно

Я смотрю вниз, в сад, туда, где он стоит. Его лицо озарено мерцающими огоньками – огоньками цвета мармеладок, которые Дудлс на самом деле не стоит есть, потому что в них содержатся вредные для ее СДВГ[12] E-добавки: «сладость жвачки», «мандариновый вихрь» и «сочный лайм».

– Отлично! – говорит Финч, поднявшись наверх.

Я до сих пор вижу, как разноцветные огоньки отражаются в его глазах, пульсируют на его шее, в его волосах. Он поднимает руку, делает мне знак, чтобы я повторила, а потом шлепает своей ладонью по моей. Шлепок ладонями – я видела, как другие люди делают такой жест.

Я резко втягиваю воздух, как будто меня кто-то ужалил, а Финч продолжает разглядывать огоньки.

– Пойду покажу Дудлс, как теперь дом выглядит из сада. Думаю, она не расстроится, что я ее ради этого разбудил. Ты только с крыши не прыгай.

И все, он снова ушел.

Оставшись одна, я с недоумением смотрю на свою руку. Не понимаю.

«Прикосновения ведут к агонии. Чувства – к страданиям».

Я глажу ладонь в том месте, где она встретилась с его ладонью.

Все совсем не так, как мне говорили.

«Ты предала. Ты скомпрометировала себя».

Его рука коснулась моей, ладонь к ладони, – на мгновение мы были соединены. И никаких искр, никакого желания отшатнуться.

Я что-то почувствовала.

Я что-то почувствовала, когда он прикоснулся ко мне, и это была не боль.

Мы стоим в коридоре близко друг к другу, голос Кадета-10, тихий и завлекающий:

– Слабо зайти внутрь?

– Нам нельзя, – говорю я. – Мониторы нас сразу засекут. Их никогда не отключают. Даже во время блэкаутов.

Никто не знает о блэкаутах, кроме меня и Кадета-10. Остальные кадеты крепко спят с своих капсулах, как стоило бы и нам. Я боюсь блэкаутов, хотя и знаю, что они дают нам хорошую возможность потренироваться, освоить новые навыки, обойти сверстников. Почему их так много и почему они всегда происходят ночью? Мы никогда не сможем спросить об этом, не выдав, что мы покидаем свои капсулы – что мы нарушаем правила.

– Да, но они работают в режиме энергосбережения. И ты можешь замаскироваться, – говорит Кадет-10.

Мы научились маскироваться совсем недавно. Я чувствую прилив восторга. Приближается очередное оценивание. И где еще я смогу так хорошо попрактиковаться, как не здесь?

Мы смотрим друг на друга. Глаза Кадета-10 огромные, широко распахнутые и серебристые. Ее рот дергается.

– Боишься, Кадет-39?

– Никогда, – выдавливаю я из себя, хотя это первый раз, когда мы идем на такой риск. В Воспитательные комнаты больше никому не разрешается заходить.

На самом деле же мне страшно. Хотелось бы мне этим поделиться с Кадетом-10. На секунду я представляю, как беру ее за руку и признаюсь, что да, я боюсь. Это было бы странно и одновременно успокаивающе. Вместо этого я ругаю себя и подавляю мерцание. «Мы не друзья, – напоминаю я себе. – Мы всего лишь партнеры по тренировкам. Близость запрещена. Я должна помнить Мантру».

Кадет-10 кивает. Именно она привела меня в этот коридор, вытащив из Сектора сна к Воспитательным комнатам. По пути мы прошли мимо пустой капсулы Кадета-4.

«Что с ним случилось? – Я в очередной раз задаюсь этим вопросом, но потом быстро подавляю эту мысль: – Не думай о нем».

Чем ближе мы подходим к Воспитательным комнатам, тем сильнее я сомневаюсь в своем решении.

– Думаю, нам все же не стоит этого делать, – говорю я Кадету-10. – Мы нарушим Мантру.

– Не более чем когда мы тренируемся дополнительно. – Кадет-10 тихонько смеется. – И эти тренировки сослужили тебе добрую службу, не так ли? Ты хорошо себя показала на последнем испытании.

Ее слова звучат жестко. Горько. Я знаю, что ей не все равно, что я ее победила. Что я показала себя лучше.

– Мы сделаем всего один кружочек, а потом вернемся в наши капсулы сна еще до того, как закончится блэкаут.

Теперь мы стоим у Воспитательных комнат. Раньше эти стены были прозрачными, чтобы мы видели, насколько успешно продвигается программа по рождению всех этих младенцев, которых подготавливали к выходу в новый мир, который мы завоюем для них. Однако теперь стены закрыты. Причем довольно давно. Почему – мне неизвестно.

– Ну? – Кадет-10 продолжает меня подначивать.

Я колеблюсь. Мы давно не играли в игры, где нужно выполнить действие. Я скучала по тому, как они щекочут нервы.

Замечаю, как я киваю, соглашаясь с ней. Еще – мне любопытно. Я хочу увидеть малышей. Более того, мне нравится, как Кадет-10 смотрит на меня, как ярко сияют ее глаза, когда она видит, что мы мыслим одинаково.

Она моргает мне дважды, и я моргаю в ответ.

Рот Кадета-10 дергается, она морщит лицо, концентрируясь, пытаясь замаскироваться. Я наблюдаю за тем, как она мерцает, потом ее лицо подергивается рябью и бледнеет. Ее тело сливается со стенами. Не идеально, но правдоподобно.

Дверь в Воспитательные комнаты открывается, и, когда она входит внутрь, раздается щелчок.

Я закрываю глаза, не собираясь отставать. Фокусируюсь на том, чтобы потерять вещественность ровно настолько, чтобы скрыть свою форму. Вот. Готово.