Читаем Шляпы онлайн бесплатно
Благодаря цилиндру Колин Роузи смог превратиться из бездомного в совладельца успешного бизнеса. В интервью газете The Financial Times в 2016 году он рассказал, что после полного разорения сохранил цилиндр, которым владел в течение многих лет. Нося его, он обнаружил, что его не прогоняют из престижных районов Лондона. «Я даже мог войти в шикарный отель и воспользоваться уборной». Однажды ночью, заметив эту элегантную шляпу, представители благотворительной организации подобрали его с улицы, разместили на ночлег и сказали, что если он сможет заработать 100 фунтов, они дадут ему столько же сверху. Он нашел несколько подержанных цилиндров и владельца прилавка на рынке, который предоставил ему в аренду торговое место, и продал все шляпы за один день. Теперь, сотрудничая с владельцем прилавка, он продает около четырехсот шляп в неделю: трилби, котелки, федоры, а также цилиндры. Некоторые из них новые и произведены в Азии, но многие– винтажные и стоят несколько тысяч фунтов. Колин Роузи планирует развивать свое дело и заняться производством шляп. Итак, несмотря на утрату высокого статуса в 1920‐х годах, описанную Голсуорси, уважение к цилиндру заложено в нашей культурной памяти даже почти сто лет спустя. Благодаря цилиндру Колина Роузи выделили на фоне остальных бродяг: не потому только, что на нем была шляпа, а из‐за того, как он берег ее. Шляпы, по словам Роузи, «вышли из моды в 1960‐х годах, но и сейчас нет недостатка в тех, кто продолжает их носить. ‹…› Я уверен, что тот цилиндр стал моим спасением»[178]. И он надеется отплатить шляпе тем же.
Расставшись с цилиндрами, Сомс Форсайт стал носить хомбурги. Фасон ввел Эдуард VII еще будучи принцем Уэльским: он привез эти шляпы из Германии в качестве сувениров и сам носил такую в неофициальной обстановке. В отличие от цилиндра и котелка, хомбург был сделан из мягкого фетра, его прообразом была тирольская охотничья шляпа. Австрийский архитектор Адольф Лоос, фанатичный англофил в том, что касалось шляп, в 1894 году предположил, что благодаря тирольской шляпе – которую он называет лоден[179] – австрийцам наконец удалось произвести достойную шляпу, которая «покорила английское общество»[180]. Благодаря тулье с мягкой складкой и подвернутым полям шляпа имеет узнаваемые очертания; она не была настолько мягкой, чтобы ее можно было носить любым способом, как мягкую широкополую шляпу, которые, как правило, со временем становились совершенно бесформенными. С подачи Эдуарда хомбург стали носить в городе.
Ил. 6. Уинстон Черчилль в хомбурге. 1941
«Сага о Форсайтах» показывает, что многое из того, что было неприемлемым до Первой мировой войны, вошло в повседневный обиход после ее окончания. Жесткость, будь то в манерах, нравах или шляпах, уступила место большей расслабленности. Недостаток шеллака[181] во время войны означал, что нормы выработки цилиндров и котелков не могли быть выполнены. Котелок вытеснил цилиндр в городском обиходе, а хомбург получил высочайшее одобрение в качестве менее официального головного убора, с ростом статуса приобретая все большую жесткость. В 1930‐х годах он достиг верха социальной лестницы, когда Черчилль стал носить его попеременно со своим знаменитым котелком (ил. 6). Следующий премьер-министр Энтони Иден носил хомбург так часто, что шляпу стали называть в его честь: «Энтони Иден». Ни Черчилль, ни Иден не желали с помощью своих головных уборов делать какие-либо политические заявления. Напротив, матерчатое кепи лидера социалистов Кейра Харди, в котором он явился на заседание парламента в 1892 году, по мнению Уиллиса, было подобно «атомной бомбе»[182]. Внутри здания парламента шляпы не носили, однако вплоть до окончания Второй мировой войны члены, выступавшие с внеочередным заявлением, должны были «сидеть с покрытой головой», то есть в шляпах. На картине, изображающей членов палаты общин[183], впервые избранных согласно новому избирательному закону 1832 года, некоторых парламентариев можно увидеть в цилиндрах (среди которых есть даже один зеленого цвета) – это зрелище, возможно, и заставило герцога Веллингтона произнести знаменитую фразу: «Я никогда в своей жизни не видел так много ужасно плохих шляп».
