Читаем Сера онлайн бесплатно

— Когда-то это было одно из любимых мест Малкольма во дворце. Но со временем он стал его ненавидеть. Перестал сюда приходить, что сделало это место одним из моих любимых.

— Закрой эту проклятую дверь! И не дай коту выйти! — сиплый окрик донёсся откуда-то издалека. Женщина? Я не была уверена. Голос был слишком хриплым, чтобы понять. Тал поморщился и поторопил меня войти внутрь библиотеки. Он сразу стал оглядывать пол, видимо, высматривая кота, который, возможно, пытался сбежать.

Когда мы вошли и дверь закрылась, вампир заметно расслабился.

Библиотека Аммонтрайета была прекрасна. Не столь огромна, как библиотека в Зимнем дворце, и без стеклянного купола, открывающего ночное небо, но это не имело значения. Любая библиотека содержала магию. Даже та, что не специализировались на подобных вещах. Ведь что такое книга, если не портал в другой мир, другое время, другую жизнь. Но магия в этом месте была особенно плотной. Не из-за чего-то одного. Не из-за того, как мягкий вечносвет ложился на корешки книг в стеллажах. Не из-за странного бледно-зеленого огня, что горел в камине у окон. Огня, который, казалось, мерцал назад, или вниз, или внутрь себя. И уж точно не из-за маленьких птиц, порхающих под потолком, время от времени задевая крыльями макушку головы Тала, когда он подходил к длинному столу, тянувшемуся через весь зал.

— О. О, ничего себе. Эта птица… она что, сделана из… — Я прищурилась, пытаясь понять, не мерещится ли мне.

Тал ловко выхватил маленькую птицу, пикировавшую ему в голову, прямо из воздуха. Протянул её мне.

— Бумаги, — сказал он. — Сложенной так, чтобы изобразить одну из редких ивелийских пород. Их называют звездочетами.

Крылья бумажной птицы шуршали, пока она пыталась вырваться из руки Тала. Она открывала и закрывала клюв, сердито поклёвывая пальцы вампира.

— Она выглядит такой настоящей, — прошептала я.

— Она и есть настоящая. Она живёт здесь, в библиотеке, среди книг. Откладывает яйца. Выращивает птенцов. И однажды умрёт здесь. — Птица будто возмутилась этим словам, она клюнула тыльную сторону его руки ещё сильнее. Вампир цокнул языком и мягко улыбнулся, поднимая маленького звездаря и раскрывая ладонь.

Птица исчезла в мгновение ока, белый клубок, взмывший в глубину стеллажей.

— Там наверху их сотни и сотни, гнездящихся под стропилами. Они живут здесь столько, сколько кто-либо вообще может вспомнить. Возможно, больше тысячи лет. Когда-то давно кто-то сложил пары для размножения и подарил им искру магии. Они удержали эту магию, передавали её дальше и дальше.

— Но… как? — Это казалось невозможным. — Это же просто бумага.

Тал был серьёзен, когда он отодвинул стул у конца длинного читального стола и медленно сел. Он сложил руки на животе, и его взгляд, цвета грязного грозового моря, наконец нашёл меня.

— А разве мы не такие же? Созданы из того же материала, что море, земля и небо? Сложены из обрывков богов и наделены искрой магии, которая делает нас настоящими?

Эти слова слегка потрясли меня и в то же время что-то внутри развязали.

— Ты веришь, что нас создали боги? Что они поместили нас сюда, как часть какого-то великого замысла?

Таладей фыркнул:

— Нет, не верю. Думаю, однажды какой-то маг сложил бумагу и создал этих птиц. — Он запрокинул голову, и слабая улыбка дрогнула в уголках его рта, пока он наблюдал за беззвучными птицами, парящими и кружащими высоко над нашими головами. — Думаю, чтобы создать нас, тоже понадобился любопытный ум, который смог соединить необходимые ингредиенты. И только. Там, где существует любая форма жизни, разрастается магия, Саэрис. Мы создаём все чудеса этого мира просто тем, что присутствуем. И всегда именно магия освещает путь. В это я и верю.

— Он говорит так, будто знает, о чём говорит, — сухо заметил голос из тени. Это был тот самый голос, который велел нам закрыть дверь.

Улыбка Тала стала виноватой, когда он повернулся к женщине, ковыляющей из-за стеллажей. Она была согнута почти пополам, спина дугой, плечи подняты к ушам. Глубокие морщины изрезали её лицо. Пухлый, лёгкий, как пар, вихор вокруг головы был белым, как свежий снег, покрывающий Омнамеррин. Я видела её всего один раз, на своей коронации.

Глаза Алгат глубоко провалились в череп, чёрные и блестящие, как обсидиановые стены дворца. Она скользнула пустым взглядом по Таладею, словно не нашла в нём ничего стоящего внимания, и с неожиданной остротой уставилась на меня. Прихрамывая, она спустилась по ступеням, пересекла библиотеку и, ухватившись за спинку стула, медленно и откровенно ворча опустилась передо мной на колени.

— Какое же это честь, моя королева, — прохрипела она. — Визит нашей новой правительницы. И так изящно одетой.