Читаем Сера онлайн бесплатно
— Может, нам стоит прийти позже, — сказала я. Женщины на кровати уже ласкали друг друга, мягкие стоны умоляли Тала вернуться. Он поднял палец, пятясь к двери:
— Одну минуту. — Он закрыл дверь, и из комнаты донёсся взрыв хихиканья и ещё более громких стонов.
Мы с Кэррионом растерянно переглянулись.
— Ты это слышала? — спросил он.
— Я сейчас пытаюсь
— Он назвал меня Дайантусом.
— О. Точно. Ну, я имею в виду… ты ведь и есть Дайантус.
Бедный Кэррион. С тех пор как мы узнали, кто он на самом деле, мы продолжали называть его Свифтом. Никому не пришло в голову спросить, хочет ли он, чтобы к нему обращались по его настоящему имени — Кэррион Дайантус. Я узнала не так давно, что у фей есть обычай. Родители не дают имя новорождённому в течение полного года после рождения. Изначально это было связано с суровой реальностью. Давным-давно большой процент детей не переживал первый год жизни, и дать им имя считалось приглашением для дурной удачи. Если смерть не знает имени ребёнка, как она сможет найти его и унести? Прошли многие тысячи лет. Теперь дети почти никогда не умирали во младенчестве, но обычай безымянного ребёнка сохранялся как давняя традиция.
Рюрик и Амелия Дайантус так и не получили шанса назвать своего первенца. Его назвала Кэррионом женщина, которая спасла его из ртутного портала в Зилварене. Кэррион - потому что она не знала, что означает это слово, а какие-то стражники так назвали его, когда она тайком выносила его из дворца. А Свифтом, потому что она была из рода Свифт, и в тот момент, когда она увидела его, орущего и голого, он стал её.
— Ты хочешь, чтобы тебя теперь называли Дайантусом? Я могу сказать остальным. Это твоё право. И нельзя сказать, что мы скрываем твою личность. Ты объявил об этом всем ещё в лабиринте. Кот уж точно вылез из мешка.
Кэррион неловко потёр затылок.
— Нет, всё нормально. «Свифт» всего один слог. «Дайантус» три. Язык можно сломать, пока вы будете орать на меня. Не хочу никому создавать лишние неудобства.
— Кэррион!
— Свифт подходит, Саэрис. Это моё такое же имя, как и любое другое. Я доволен тем, кем был всегда.
— Я понимаю. Правда. Слушай, Кэррион. У меня не было возможности нормально поговорить с тобой с тех пор, как ты вернулся, но… Кингфишер рассказал мне о Грации, и… — Боги живые, как же плохо у меня получалось. Стоило мне произнести имя Грации, как Кэррион замкнулся. Я это увидела.
— Всё в порядке. Тебе не нужно ничего говорить, Саэрис. Она была старой женщиной. Ворчливой. Она всё равно когда-нибудь умерла бы. Я привык. Мне пришлось привыкнуть. Нам не нужно…
Дверь в спальню Таладея распахнулась, и светловолосый мужчина вышел оттуда. Он вытер рот тыльной стороной ладони, незаметно стирая тонкую полоску крови с подбородка.
— Ну? Полагаю, вам нужно что-то обсудить со мной? Сомневаюсь, что вы бы стояли у моих комнат просто так. Что случилось?
После того неловкого разговора, который я только что безнадёжно провалила, и после вида всех этих голых женщин в комнате Таладея, я на мгновение забыла, зачем мы сюда пришли.
— Фейские женщины, Тал?
Вампир встретил мой взгляд без тени стыда.
— Разумеется. Я предпочитаю, чтобы мои партнёрши были тёплыми, — сказал он. — Они здесь добровольно. Они бы никогда не ушли сами, и я бы не знал ни секунды покоя, если бы не заставлял их уходить. Уверяю тебя, обмен добровольный и взаимовыгодный. Но, думаю, ты об этом прекрасно знаешь.
Женщины приходили в экстаз от яда Таладея и испытывали самые мощные оргазмы, какие только можно представить, а Тал получал пищу. Маленького глотка от каждой, вероятно, хватало, чтобы утолить его голод. Да, звучало это действительно взаимовыгодно.
— Когда-нибудь я перестану чувствовать себя здесь не к месту? — проворчал Кэррион. — Почему ты краснеешь, Саэрис? Обычно ты же не краснеешь?
— Не обращай внимания. Просто… я могу краснеть, если хочу, хорошо? — Я медленно и ровно выдохнула. — Тал, дверь в гробницу была заперта, и те два идиота из твоей таверны ждали нас там.
— У тебя есть таверна? — Тал мгновенно поднялся в глазах Кэрриона.
Мой создатель проигнорировал замечание.
— Да. Я сказал им так сделать. Лоррет сообщил мне, что советник Беликона и несколько его стражников проскользнули сквозь ртуть, когда вы в прошлый раз были в гробнице. Я не могу позволить стражам Беликона, или кому бы то ни было, просто так появляться в Аммонтраейте. Было логичным запереть дверь и поставить туда Антеррина и Хола. Нужно же было найти им занятие, раз Лоррет покалечил одного из них.
— И это должно было не пустить магов? Запертая дверь?
— Нет, конечно же. Это должно было дать Антеррину и Холу достаточно времени, чтобы предупредить меня о происходящем, а я уже разобрался бы с ситуацией так, как считал нужным.
— Разве не я должна разбираться со всем, что проходит через ртуть?
