Читаем Сера онлайн бесплатно
— Ртутные омуты. Поселения спрайтов. Чёрные рынки в Доу и на Тарран-Росс. Есть множество мест, защищённых от внешней магии или же настолько переполненных собственной силой, что она заглушает любую другую энергию. Заклинание поиска это не…
— Да, я знаю, что заклинание поиска штука, блядь, далёкая от совершенства. — Половицы скрипнули, когда я зашагал туда-сюда перед окном, вцепившись руками в волосы. — Попробуй ещё раз, — потребовал я. И, чисто по привычке, смешанной с отчаянием, добавил. — Пожалуйста.
Лоррет, который последние полчаса стоял у двери и угрюмо сверлил взглядом ведьму, метнул в меня такой мерзкий взгляд, будто я только что лично его предал.
— Мы должны просто бросить её в ту камеру в подвале и позволить гнили забрать её, — сказал он.
Изабель подвергла Саэрис смертельной опасности. Она также использовала Тала самым чудовищным образом, и мы все чуть не погибли из-за неё. Она, вероятно, была моим самым нелюбимым человеком в двухстах милях отсюда, но даже так я не собирался запирать её в камере и давать гнили сожрать её заживо. Это была участь хуже смерти, и у меня просто не хватало на такое духа.
Изабель вздрогнула от слов Лоррета, но не сказала ему ни слова. Даже не посмотрела в его сторону. Мне же она сказала:
— Хорошо. Я попробую ещё раз ради тебя, но не рассчитывай на другой результат. Я пялюсь на эту карту так долго, что кажется, мои глаза вот-вот высохнут и выпадут. Если бы это заклинание могло сработать, оно бы уже сработало пять часов назад.
Что она думала, что я сделаю? Скажу: «
Я одарил её укоризненным взглядом.
— Просто… попробуй ещё раз, Изабель.
Когда она вернулась, я заметил, что её повысили до приорессы. Только возвышенные старейшины клана Балхиддер имели право заплетать волосы и закалывать их так, как теперь делала Изабель. Обычно ведьма должна прожить сотни лет, прежде чем её вообще рассматривали в качестве кандидатуры в приорессы. Изабель ещё и первый век толком не закончила. Лидеры её клана преждевременно наградили её за магическую работу, которую она сотворила в Аммонтраейте.
И в этом был смысл. Изабель в одиночку уничтожила тысячи высокородных за одну ночь, то, чего клан Балхиддер не смог добиться за все годы с момента открытия ими лекарства от кровавого проклятия, наложенного на фей.
Но ведьмы были строгими хранительницами чести и традиции. Они были творцами правил, а не их нарушителями. И они не жаловали тёмную магию.
— Я отправлю тебя обратно в Неверкрест, как только ты закончишь, — сказал я, опираясь спиной о стену.
Голова Изабель резко поднялась. Плечи Лоррета одновременно напряглись, в тёмных глазах чистое неверие.
— Я также планирую нанести визит верховной жрице. Подумываю взять с собой Тала, — продолжил я.
Маятник для заклинания, который держала Изабель, дёрнулся резко не из-за того, что она наконец-то нашла Рен, а потому что её руки дрожали. Она медленно выпрямилась, поднимая взгляд от подробной карты дворов, над которой склонилась.
— Зачем тебе это? — спросила она натянуто. — Я думала, у тебя и так слишком много забот — твоя сестра, Рен, эвакуация…
Я некоторое время просто разглядывал её. Дал ей повариться, прежде чем решил, что она уже достаточно вспотела.
— Ну, ведьмы оказали нам всем великую услугу, очистив Кровавый Двор. Мне нужно поблагодарить их. Было бы с моей стороны непростительно оставить их жертву без признания.
— Это совершенно необязательно. Мы действовали не ради фей, Кингфишер. Всё было сделано исключительно во благо нашего клана. Никакой жертвы не было.
— Как же не было, — легко отозвался я. — Высший Совет запретил тёмную магию тысячи лет назад. Именно так Алгат оказалась изгнана из клана Кинросс, не так ли? Если они действительно одобрили насильственное очищение и использование чёрного адского заклинания, чтобы вычистить из Санасрота вампирских аристократов, значит, жертва была более чем серьёзной. Они пожертвовали своей этикой. Своей моралью. Своими…
Вот и всё. Она у меня.
Это было всего лишь предположение, но теперь я знал наверняка. Матриархи дома Изабель не имели ни малейшего понятия о том, что именно она сотворила. На моём лице медленно расползлась смертельная улыбка.
— Что ты им сказала? — спросил я, прищурившись. — Сказала, что убедишь высокородных, будто им самим выгоднее вернуться к своей истинной природе?
Изабель встретила мой взгляд, упрямство сочилось из каждой поры её кожи, а лицо стало выражением пустоты.
— Да, — сказала она. — Это именно то, что я им сказала.
