Читаем Пара онлайн бесплатно
— Да, милая, — его смех мягкий, возбуждённый. — Я пытаюсь составить в голове список того, чего бы не стал делать, чтобы получить разрешение прямо сейчас лизать твою киску… но ничего не приходит в голову.
— Так почему же ты этого не делаешь?
— Потому что ты никогда меня об этом не просила. И нет, сейчас это не считается. Раздвинь ноги немного шире. Ещё чуть-чуть. Да. — последнее слово он выдыхает с трудом, почти задыхаясь. Как будто получает удовольствие, как будто сохраняет этот вид в своей визуальной библиотеке.
— У меня нет права, но черт, я хочу увидеть достаточно, чтобы представить, что будет дальше. — его язык скользит по чувствительной точке на моей шее, и через мгновение я уже почти кончаю.
— П-почему это так хорошо? — спрашиваю я.
— Что?
— Когда ты касаешься меня… там.
— Где? — он отпускает меня на мгновение. Снова проводит рукой по моим волосам через плечо и обнажает мой спину.
— Здесь? — на этот раз он чуть касается зубами кожи между лопатками, и моя голова разрывается на тысячи кусочков.
Я изгибаюсь, как парус, без дыхания, без слов. Киваю судорожно, пока мои пальцы всё быстрее скользят под влажной тканью моего белья, и…
— Я не говорил, что можно ускоряться, — упрекает он меня и слегка шлёпает по руке.
Я сжимаю зубы и останавливаюсь. Продолжаю медленно, круговыми движениями, которых одновременно слишком много и недостаточно. Всё моё тело пылает.
— Это твои железы, Серена. Никто тебе не показывал?
— Нет.
— Возможно, так даже лучше. Я бы убил этого человека на месте. — ещё лёгкое царапание зубами. Все мышцы напрягаются, и я боюсь, что вот-вот потеряю сознание. — На твоей коже есть пять мест, где твой запах сильнее, и где ты реагируешь гормонально наиболее сильно.
— Пять?
— Внутренние стороны запястий. — он поднимает мою левую руку к своим губам и слегка кусает ладонь снизу, вызывая дрожь. — По обе стороны шеи. — он сосёт правую сторону дольше, чем нужно для простой демонстрации. В конце я трясусь так сильно, что едва могу держать пальцы на клиторе. — И сзади на шее. — ещё одно медленное, наслаждающееся лизание. Мои глаза закатываются.
— Так… хорошо, — выдавливаю я невнятно. — Это… хорошо.
Его смех делает меня ещё более дрожащей.
— Это место особенное. Там я бы укусил тебя, Серена. Сверху, где одежда не скрыла бы следа. И каждый день я бы лизал укус, чтобы ты помнила. — он сосёт, и удовольствие охватывает меня так сильно, что я отдёргиваюсь. — Если бы ты знала, что крутится у меня в голове каждый раз, когда твоя шея открыта, ты бы ходила в каком-нибудь гребаном плаще.
— Я… хочу знать. Скажи мне.
— Было бы глупо, убийца. На самом деле тебе не стоит подпускать меня так близко. К себе.
Ещё один поцелуй. Потом он накрывает мою спину занавеской моих волос и снова слегка касаясь моей руки, даёт молчаливый приказ продолжать. В тот же миг я снова почти кончаю. На самом деле я думаю, что на этот раз пересеку черту, но что-то удерживает меня.
— А что с… а что с тобой?
— Хм?
— Где мне нужно укусить тебя, чтобы показать, что ты мой?
На этот вопрос Коэн замирает. А потом, слишком долго думая, тихо, взрывным шепотом ругается у моего ключицы:
— Я ненавижу…
— Что?
— Как ты совершенна. Последние двадцать лет я молился, что если где-то ходит моя пара, чтобы я с ней не пересекся. А потом я встретил тебя, и, Серена… нет ни одной вещи, которую я хотел бы изменить в тебе. Я никогда не жалел, что познакомился с тобой.
Вдруг слёзы хлынули по моим щекам.
— Ты не ответил на мой вопрос, — говорю я, ускоряя движение пальцев.
— Думаю, я хотел бы, чтобы ты укусила меня прямо под челюстью. Люди посмотрели бы на укус и сочли его непристойным. Но они сразу поняли, кому я принадлежу.
Его слова добивают меня, и всё начинается. Я почти кончаю. Руки Коэна охватывают мою талию, большие ладони, длинные пальцы, которые без усилий обхватывают меня от бедра к бедру теплом — игра его твёрдых мышц на моей спине — его щетина, что так сладко раздражает железы на моей шее — и это невыносимое напряжение, тянущее меня во все стороны одновременно…
Я остаюсь там. На краю пропасти, шатаясь, в вечном равновесии. Я всхлипываю. Чем сильнее трусь, тем больнее.
— Я не могу… Почему я не могу кончить, Коэн? Почему я чувствую себя такой…
— Пустой?
Я киваю. Откуда он это знает?
— Ладно. Всё нормально. Засунь пальцы внутрь.
— Нет, они недостаточно большие. Твои пальцы.
Он стонет.
— Тише. Делай, что я говорю, иначе я… да. Вот так. Я знаю, что тебе нужно. Давай. — он заставляет меня запрокинуть голову. Одна из его больших рук охватывает затылок и прижимает мои губы к своей коже.
— Продолжай ласкать себя и облизывать мою шею.
Я делаю это осторожно. И… Он громко стонет. Я замираю. Потому что…
— О, Боже, — стону я у его шеи, но это выходит как невнятный, бесформенный звук.
Постепенно я понимаю эту штуку: проводить языком там всё равно что пробовать запах Коэна на вкус. Самый эффективный наркотик, который взрывается прямо в моей крови.
