Читаем Клан онлайн бесплатно
Оба африканца были высокими и худыми, если не сказать костлявыми. Сенегалец с жадностью глотал мясной бульон с рисом. Либериец пребывал в каком-то непонятном трансе и периодически бился лбом об стол так близко от дымящейся тарелки, что в любую секунду мог ее опрокинуть. Сотрудница Красного Креста попросила не допрашивать их, пока они не закончат есть. Они были истощены. Мириам ждала нетерпеливо, откровенно раздраженная тем, что вместе с ней в этой печальной столовой для жертв кораблекрушения находилась еще и Элена. Обе хотели найти Сарате, но по совершенно разным причинам. Новая начальница ОКА ясно давала понять, что раз Сарате является свидетелем убийства Мануэлы Конте, то его необходимо допросить. Кроме того, он мог пролить свет на возможные случаи торговли людьми, поскольку приплыл вместе с группой африканских иммигрантов.
– Это визит полиции, а ты не имеешь к ней никакого отношения, – сказала Мириам Элене перед тем, как отправиться в порт Альмерии, где находился ЦВРИ, Центр временного размещения иностранцев.
– У меня личные и, я бы сказала, неотложные причины. Тебе решать, могу я с тобой пойти или нет.
Несколько секунд Мириам молча смотрела на Элену, а затем ответила тяжелым вздохом.
– Поедем на моей машине.
Их попросили подождать, поскольку спасенные мигранты проходили медицинский осмотр. Потом их отправили обедать. Мириам вызвала переводчицу с африканских языков на тот случай, если кто-то из спасенных знал те же языки, что она. В самом ЦВРИ работали квалифицированные переводчики с английского и французского языков.
Едва сенегалец проглотил последнюю ложку бульона, Элена подошла к нему и показала фотографию Сарате на мобильном телефоне. Обращаясь к африканцу по-английски, она спросила, знает ли он этого человека.
– Элена, пожалуйста, оставь это мне, – запротестовала Мириам.
– Знаешь ты его или нет? – настаивала Элена, но сенегалец смотрел на нее так, словно находился в глубоком ступоре.
Вдруг второй африканец стукнул кулаком по столу, и его миска перевернулась. Он принялся смахивать со стола стаканы, тарелки, вилки и ложки, которые со звоном летели на пол, и что-то кричал на своем языке, но тут же появились два гражданских гвардейца и утихомирили его силой. Сотрудница Красного Креста попросила Мириам и Элену подождать за дверью.
– Ты не дашь мне с ними спокойно поговорить, ведь правда? – отчитала Элену Мириам, едва они оказались в коридоре. – Тебе непременно нужно ломиться вперед, через мою голову.
– Но ведь очевидно, что для меня это гораздо важнее, чем для тебя.
– Очевидно, что не надо было брать тебя с собой.
Мириам заглянула в столовую и приказала:
– Жди меня здесь.
Элена не могла решить, выполнять ей приказ Мириам или нет, но в конце концов не захотела испытывать судьбу и принялась ходить по коридору, как лев по клетке. Ее взгляд остановился на газоне перед Центром, где, сидя на одеялах и глядя в пустоту, грелись на солнце несколько африканцев. Две устроившиеся рядом женщины напомнили ей соляные статуи. Казалось, одного порыва ветра будет достаточно, чтобы обратить их в прах. Элена слышала от сотрудников Центра, что они – нигерийки. В одном из кабинетов что-то сосредоточенно печатал на компьютере полицейский. Наверное, решал судьбу этих бедолаг: останутся ли они в Испании или будут депортированы, соответствует ли кто-то из них статусу беженца… Цель таких центров – принять мигрантов в первые часы, попытаться их идентифицировать и, если удается, зарегистрировать. И, конечно, обеспечить их медицинской помощью и едой. При необходимости некоторых сразу отправляли в больницу, остальных после завершения всех формальностей развозили по разным местам, в зависимости от конкретного случая.
Мимо Элены быстро прошла медсестра с плачущим ребенком не старше трех лет на руках. Развешанные кое-где по стенам рождественские украшения только добавляли этому месту печального настроения. В маленькой комнатке сидела на кушетке укутанная в одеяло чернокожая женщина и болтала в воздухе ногами, как ребенок. Элена подошла к ней. На ее лице, хранившем следы побоев, читалась бесконечная грусть. Возможно, она уже догадалась, что все ее нечеловеческие усилия, скорее всего, закончатся ничем. Элена спросила ее по-английски, где ее подобрали – не на пляже ли Рокетас? Женщина кивнула.
Она была молодая, худенькая, и, несмотря на все пережитые ужасы, сохранила мягкую и немного таинственную красоту. Она рассказала Элене, что их лодка перевернулась, и почти все пассажиры утонули, но ей удалось ухватиться за кусок оторванной доски и благодаря этому спастись. А еще благодаря находившейся на пляже паре: они бросились в воду и спасли ее и еще двух африканцев, а потом быстро вызвали полицию. Море их не убило, но они едва не умерли от холода, пока выбрались на берег. Элена показала ей фотографию Сарате, и женщина заулыбалась. Конечно, она его знала!
– Я познакомилась с ним в Монровии, мы вместе сюда добирались, он поехал вместо моего умершего брата, Мосеса. Сарате жив?
– Не знаю, я надеялась узнать это у тебя.
