Читаем Клан онлайн бесплатно
Сарате произнес угрозу по-английски. Он заметил, что блондин его понял, но не выказал ни малейшего страха. Наклонившись, он поднял брошенный на пол жилет, и Анхелю сразу все стало ясно. На спине жилета он прочитал надпись: «ООН». Ошеломленный Сарате позволил незнакомцу уйти. Он подал женщине какую-то тряпку, и та обмотала ее вокруг тела. С виду ей было не больше двадцати лет.
– Тебе нужно сходить к врачу и залечить эти раны. Они могут воспалиться.
– Оставь меня в покое! Уходи!
Сарате не хотел осложнять свое положение криками этой женщины. Выстрел и так уже привлек слишком много внимания. Он отступил назад, показывая, что не собирается ей досаждать.
– Я ищу Мосеса Ка. Ты не знаешь, где его можно найти?
– Зачем тебе мой брат?
Сарате не успел ответить. Резкий удар в спину заставил его упасть на колени. Он попытался обернуться, но либериец замахнулся и ударил его палкой по голове. Анхель рухнул на грязный пол лачуги и скорчился от боли. Прижав руки к лицу, он почувствовал, что из носа льет кровь, и попытался определить, сломан он или нет. Либериец приготовился к новому удару, но Сарате навел на него пистолет. Либериец остановился. Ему было лет сорок, и хорошей физической формой похвастаться он не мог. Он отбросил палку, но страха перед пистолетом не выказал.
– Я Мосес Ка. Зачем я тебе понадобился?
– Мне нужно с тобой поговорить. Когда-то давно ты сопровождал испанского журналиста. Его звали Субигарай, помнишь такого?
– Хавьер Субигарай, конечно, помню. Он снова приехал?
– Нет, но я хочу, чтобы ты рассказал мне, что вы с ним делали. Субигарай писал репортаж об одном испанце по прозвищу Сипеени. Он же – Аркади Ортис.
Лицо Мосеса мгновенно помрачнело. Он отвернулся от Сарате и принялся помогать сестре. Анхель встал, не переставая целиться в либерийца.
– Мы из-за тебя кучу денег потеряли.
– Ты знал, что этот негодяй из ООН ее избивает?
Мосес впился в Сарате пристальным взглядом, и тот снова почувствовал себя неуютно. Он не имел ни малейшего представления о жизни в Уэст-Пойнте.
– Скажи, где я могу найти Аркади Ортиса, и я оставлю тебя в покое.
– Хочешь знать, где его найти? Это будет стоить тебе денег. Большущих денег.
Они разместили пять неопознанных трупов на секционных столах там же, в Центре донорских тел университета Комплутенсе, и Чаварриас остался, чтобы помочь Буэндиа. Оба судмедэксперта пришли к выводу, что все умершие – выходцы из Черной Африки, но на этом их схожесть не заканчивалась. Дожидаясь рентгеновских снимков, позволяющих точно определить биологический возраст человека, патологоанатомы сошлись на том, что на момент смерти им было от восемнадцати до двадцати трех лет, и у всех пятерых обнаружились шрамы, свидетельствующие о прижизненном хирургическом вмешательстве. У первого они располагались на животе, у остальных – пересекали грудную клетку.
– Ордуньо, подойди на минутку с телефоном. Можешь сфотографировать его лицо?
Ордуньо исполнил просьбу Буэндиа, наведя камеру телефона на иссиня-черное лицо трупа.
– Ума не приложу, как это могло произойти!
Надевая белый комбинезон и латексные перчатки, Чаварриас продолжал переживать, что допустил такой неприятный инцидент во вверенных ему владениях.
– Клянусь, что после скандала с грудой из пятисот трупов мы провели реформу и строго соблюдаем установленный регламент.
– А помнишь бассейн с формалином, который находился здесь, когда мы учились? В те времена действительно нелегко было вести учет трупов в университетском морге.
– Для практических работ каждый студент должен был выловить свой экземпляр. Бывало, если повезет, выудишь такой, у которого почти все на месте.
Ордуньо не переставал удивляться способности судмедэкспертов шутить во время вскрытий. По знаку Буэндиа он снова подошел, чтобы сфотографировать лицо еще одного трупа. Теперь он понял, для чего это было нужно.
– Ты заметил?
Буэндиа указал на тонкие насечки, пересекающие темное лицо. Небольшие шрамы, словно от косметической операции, повторяли одинаковый рисунок у трех из пяти трупов. Три линии на каждой щеке, напоминавшие кошачьи усы.
– В некоторых районах Африки специальные насечки означают принадлежность к определенной группе людей. Что-то вроде документа, удостоверяющего этническое происхождение или место проживания человека.
Чаварриас достал мобильный телефон и начал писать сообщение.
– Анхелес Переда работает в Департаменте судебной медицины, но, кроме того, она эксперт в африканской этнологии. Возможно, ей удастся идентифицировать эти отметины. Сейчас она еще на факультете.
– Где я могу ее найти? Пока нам лучше проявлять осторожность.
Ордуньо оставил медиков одних. Ему не понадобилось уговаривать Буэндиа принять участие в расследовании, но он боялся, что, когда дело дойдет до ушей Мириам Вакеро, все станет по-другому. Как он объяснит новой начальнице свои изыскания в университете? Ведь они пока что не нашли никакой связи между смертью Рентеро и этими безымянными мертвецами.
