Читаем Клан онлайн бесплатно
Крики Элены удалялись, пока не затихли совсем, оставив за собой страшную пустоту. Когда Анхель открыл глаза, в операционной стоял еще кто-то. На этот раз в него целился тощий, как спичка, наемник: они побоялись, что, оставшись с Сипеени вдвоем, Сарате его немедленно прикончит. Они не знали, что он бы этого не сделал. Просто не смог бы.
Он лихорадочно вглядывался в лицо отца, пока его черты не расплылись, превратившись в черты совершенно незнакомого человека, какого-то старика с намазанной йодом грудью. В Сипеени.
– Значит, ты никогда не работал в полиции «кротом»? Это тоже было вранье?
– Работал. В самом начале. Судья Бельтран отправил меня расследовать деятельность Клана. Мне пришлось поехать в Африку и установить слежку за Ортисом. Это было в восемьдесят четвертом году. Ты тогда только родился.
– Ты его убил?
– Ортис не тянул на роль Сипеени. Я забрал его имя и бизнес. А потом много лет был одновременно Эухенио Сарате и Аркади Ортисом…
– Пока судья не начал что-то подозревать? И тогда ты решил «умереть». Кого же мы похоронили? Кого мы с мамой оплакали?
– Не знаю. Какого-то наркомана, бродягу. Его выбрал Гальвес. Я выстрелил ему в лицо, чтобы никому не пришло в голову заглянуть в гроб.
– Ты чудовище. Твоя жизнь приносила только боль.
– На самом деле жизнь не выбирают. Решения, которые человек принимает, заложены в нем с рождения. Я принимал свои. Ты – свои. Ты мог бы жить и дальше, правда? Но ты уступил свою жизнь Элене.
Сарате не стал отвечать. Он понимал, что не только оставил в живых Элену, но и пообещал продлить жизнь отцу. В кармане завибрировал телефон. Он поднес его к уху, не убирая пистолет от груди.
– Анхель, со мной все в порядке… Мириам уже знает, выиграй время, они в пути…
Ее голос звучал на фоне грохота машин, на фоне непрекращающегося рокота Мадрида – города прекрасного, но жестокого. Такой же была и история его любви, подумал Сарате. Что она будет помнить об этих годах? Что почувствует, услышав его имя?
– Анхель, ты меня слышишь? Выиграй время!
– Я тебя люблю, Элена.
Он разъединил звонок. У него не было сил слушать ее плач. Он закрыл и эту дверь. И остался совсем один.
– Теперь аккуратно положи пистолет на пол, – сказал Сипеени.
Все кончено. Его жизнь должна оборваться, чтобы продлилась жизнь человека, которого он всегда любил, о котором каждый вечер думал перед сном. Этот человек руководил его поступками, когда самого его уже давно не было рядом. Ему Анхель посвящал свои успехи в полиции, словно отдавая дань памяти.
Ну что ж, и на этот раз все должно быть точно так же!
Дань Эухенио Сарате! Но не старикашке, который задыхался на каталке, выпрашивая у него сердце.
Найдя простейшее решение для, казалось бы, неразрешимой проблемы, Анхель понял, как должен поступить.
Он отдаст дань человеку, которого всегда любил, хотя того и не существовало в действительности, а заодно отдаст дань попутчикам, погибшим в Сахаре, друзьям, потерянным в Мадриде. Всем жертвам, призраки которых сейчас смотрят на него, готовые пройти с ним вместе невозвратный путь.
Но главное – он отдаст дань Элене Бланко. Своей любви.
Анхель нажал на спусковой крючок, пуля вошла в его тело, разорвала грудную клетку и врезалась в сердце, захлебнувшееся болью и кровью перед тем, как остановиться навсегда.
Его сердце не подарит жизнь чудовищу.
На пляже Лама-Моначиле лениво мурлыкало море. Городок Полиньяно-а-Маре высился на скале, над Адриатическим морем, и бирюзовая вода сверкала в лучах едва возникшего над горизонтом солнца. Элена Бланко встала и отряхнула с брюк песок. Слегка хромая от недавней раны, она, как сомнамбула, двинулась в город.
На площади Виктора Эммануэля Второго, окруженной кое-где поблекшими от морской соли домами, она села за столик и заказала граппу, чтобы хоть на время заглушить навязчивые мысли. Впрочем, убежать от воспоминаний, а тем более от угрызений совести было невозможно. Она позволила себя одурачить, по глупости угодила в ловушку Клана и теперь не могла об этом не думать. Ей не удалось остановить Сарате в его мстительном крестовом походе. Ее любви не хватило для того, чтобы изменить ход событий.
Иногда, обессилев от чрезмерных страданий, Элена говорила себе, что, наверное, не любила его достаточно сильно, что их любовь была нездоровой, не умела исцелять. Но тут же упрекала себя за подобные оправдания: нет, она его любила, любила безумно, любит до сих пор.
Просто так вышло. Жизнь не всегда дарует то, о чем мечтаешь, в ней бывают и печали, и радости. Нужно переждать тяжелые времена и верить, что хорошие непременно наступят.
Наступят? Не обманывала ли она себя снова?
Могло ли ее измученное сердце надеяться на новое счастье?
Вряд ли. Каждый день она выходила на улицу в поисках хоть капли красоты. На пляже, на вымощенных камнем улочках старого городка, на прогулке в тени средневековой городской стены, на безлюдных площадях здесь, в апулийской глубинке. Все напрасно. Каждый день заканчивался бутылкой граппы и тяжелым опьянением.
