Читаем Юсуповы онлайн бесплатно
Он был пожалован в действительные тайные советники. Выше этого чина в петровской Табели о рангах были только действительный тайный советник I класса и канцлер. Из Москвы Борис Григорьевич был переведен в Петербург и назначен президентом Коммерц-коллегии, то есть фактически стал министром торговли Российской империи.
Кроме того, он с 1742 года стал директором Ладожского канала. Проложенный при Петре Великом, канал был в то время крупнейшим в Европе гидротехническим сооружением, к тому же критически важным для снабжения Петербурга. Мысля стратегически, князь Юсупов внес в Сенат предложения о соединении Ладожского канала с Волгой и Окой.
В 1750 году Елизавета Петровна доверяет князю Юсупову новое важное и почетное поприще – назначает его главным директором Сухопутного шляхетского корпуса. Фактически он становится ответственным за воспитание будущей российской элиты.
И судя по отзывам не только современников, но и позднейших исследователей, с блеском справляется с этой задачей. Генерал-майор Висковатов пишет в «Краткой истории кадетского корпуса», изданной в 1832 году:
«Имя сего достойного вельможи заслуживает быть незабвенным в истории первого Кадетского корпуса. Обращая все свое внимание и употребляя все свое время на воспитание вверенного ему юношества, он входил во все подробности корпусного управления: удалил неспособных чиновников, улучшил содержание кадетов, ввел лучший порядок в преподавание наук, приказал при ротах вести списки штрафованных воспитанников, узнавал отличившихся по наукам и поведению. Не было предмета, на который бы он не обращал внимания».
Показательна логика, которой предписал придерживаться при изучении предметов князь. Он настоял, например, что начальные сведения по географии надо преподавать прежде, чем историю. Исходил директор из того, что лучше понимать события могут те, кто ясно представляет себе, где они происходили.
Вспомним бессмертную комедию «Недоросль» Дениса Фонвизина, младшего современника князя. Именно географии там посвящен впечатляющий фрагмент:
«Г-жа Простакова (сыну). Слышишь, друг мой сердечный? Это что за наука?
Митрофан (тихо матери). А я почем знаю.
Г-жа Простакова (тихо Митрофану). Не упрямься, душенька. Теперь-то себя и показать.
Митрофан (тихо матери). Да я не возьму в толк, о чем спрашивают.
Г-жа Простакова (Правдину). Как, батюшка, назвал ты науку-то?
Правдин. География.
Г-жа Простакова (Митрофану). Слышишь, еоргафия.
Митрофан. Да что такое! Господи боже мой! Пристали с ножом к горлу.
Г-жа Простакова (Правдину). И ведомо, батюшка. Да скажи ему, сделай милость, какая это наука-то, он ее и расскажет.
Правдин. Описание земли.
Г-жа Простакова (Стародуму). А к чему бы это служило на первый случай?
Стародум. На первый случай сгодилось бы и к тому, что ежели б случилось ехать, так знаешь, куда едешь.
Г-жа Простакова. Ах, мой батюшка! Да извозчики-то на что ж? Это их дело. Это таки и наука-то не дворянская. Дворянин только скажи: повези меня туда, – свезут, куда изволишь. Мне поверь, батюшка, что, конечно, то вздор, чего не знает Митрофанушка.
Стародум. О, конечно, сударыня. В человеческом невежестве весьма утешительно считать все то за вздор, чего не знаешь».
Это, конечно, едкая сатира, и «Митрофанушки» не были такой уж редкостью, но князь Юсупов был убежден, что вверенные его попечению кадеты должны быть людьми разносторонне образованными. Более того, он всячески поощрял их тягу к искусству и даже к театру, который тогда лишь зарождался на русской почве. При его активном одобрении кадеты поставили пьесу их бывшего соученика, а на тот момент «корпусного офицера», одного из первых отечественных драматургов Александра Сумарокова.
Литературовед Григорий Гуковский, анализируя его творчество, так характеризует Кадетский корпус юсуповского периода: «Нужно было добиться превращения российского помещика в “рыцаря” на западный лад. Кроме наук, кадетов обучали не только танцам, но и декламации (в корпусе преподавалось множество наук, и студент мог специализироваться в той или иной области; вообще прохождение курса не было унифицировано). В особенности отчетливо этот салонно-аристократический стиль приобрело корпусное воспитание при Елизавете, когда и в личном составе служащих корпуса произошли последовательные перемены: германское делячески-бюргерское влияние заменилось влиянием французским, которому суждено было сыграть столь большую роль в образовании психики русского дворянского интеллигента. Идеал голландской верфи уступил идеалу Версаля».
И здесь, конечно, немалую роль играло и то, что сам Борис Юсупов свою гардемаринскую юность провел именно во Франции, в галантной атмосфере страны – законодательницы мод того периода. Стремясь воспитать разносторонних личностей, сам он вполне мог служить им образцом.
