Читаем Эобара онлайн бесплатно
Она пролежала полночи без сна, представляя, как на следующее утро Леонид позвонит в дверь, в его руках будет огромный букет, а сам он, увидев её, быть может, даже опуститься на колени и… - в глубине души Надя понимала, что все эти мысли – полная глупость. Она очень хорошо запомнила, как буквально за одну секунду изменилось выражение лица жениха, когда они ругались на кухне. Её Леонид, давным-давно изученный, куда исчез. Вместо него перед ней сидел кто-то другой: не добрый, не заботливый, во всяком случае не по отношению к ней, а абсолютно чужой, равнодушно-сочувствующий и брезгливо-утомлённый.
На следующий день они встретились, и Надя только в последний момент остановила руку с кружкой кипятка – так ей хотелось, чтобы лицо человека напротив выражало хоть что-то, кроме желания побыстрее закончить разговор.
Ночной звонок навёл девушку на уже совсем другие мысли – возможно Леонид сошёл с ума? Странные вопросы, неадекватное поведение… Надя с трудом отогнала появившуюся перед глазами картинку, где она спустя годы всё несла крест, ежедневно навещая в дурдоме любимого…
Хватит! – она ещё раз отпила из бутылки. – Не позволяй этому уроду и дальше портить свою жизнь! Сегодня ты гуляешь! – девушка покосилась на дверь спальни. Вадик ушёл уже достаточно давно.
Почему он так долго не возвращается? Может быть на унитазе опять сломался слив, и он не знает, что делать?! – Это была серьёзная проблема, готовая разрушить все планы на остаток ночи и Надя, накинув ночнушку, выскочила в коридор.
Отчаянный визг девушки был слышан далеко за пределами непрочных панельных стен её квартиры, но, разумеется, никто из соседей не обратил внимание на него. Возможно, это было к лучшему, во всяком случае для жильцов соседних квартир.
В коридоре было очень холодно. Октябрьский ветер, разбушевавшийся среди ночи, мёл по линолеуму, а на кухни грохотали створки окна, почему-то оказавшегося распахнутым настежь.
Мускулистое тело, столь привлёкшее внимание девушки несколько часов назад лежало на полу, в настолько нефизиологической искорёженной позе, что Нади не потребовалось умений своего бывшего жениха, чтобы понять – Владик мёртв. В добавок он был абсолютно белого, мраморного цвета – словно из тела выкачали всю кровь. Хотя почему – словно?
Над телом Владика нависал какой-то совершенно незнакомый Нади мужчина в потёртой чёрной дублёнке. Услышав шаги, он поднял голову.
На девушку с интересом уставилось получеловеческая-полукомариная морда. Фасеточные оранжевые глаза смотрели с довольной сытостью, в глубине распахнутой пасти колыхался хоботок, покрытый запёкшийся кровью, а на мелких острых зубах идеальное, подкорректированное лазером зрение Нади разглядело мелкие волоконца мышц и обрывки кожи.
Надо было бежать!
В спальню – запирая за собой дверь и пытаясь забаррикадировать её изнутри тяжёлым трюмо, в надежде на то, что сил у незваного гостя окажется не так много.
Или лучше в кухню – где рядом с плитой на магнитной ленте висели японские керамические ножи и где, в конце концов, было распахнутое настежь окно. Четвёртый этаж – вдруг получится не разбиться при падении.
Но Надя ничего этого не сделала.
В детстве каждое лето девочка приводила в деревни. Бабушка держала кур и, разумеется, те, невзирая на вялое сопротивление старушки, быстро обрели имена. Пять несушек – Барби, Принцесса, Красавица, Бритни и Катюша. Последний леггорн был назван в честь Надиной Питерской соседки – тринадцатилетней девочки с ДЦП. Резкие качки куриной головы, почему-то направленные чуть под углом – вниз и вбок, действительно сильно напоминали подёргивания несчастного ребёнка.
Также это чем-то было похоже на старый, доживающий последний срок маятник. Так. Так. Так!
Это было жестоко – но дети, есть дети. Наверное, спустя несколько лет Надя бы вспомнила эту шутку и даже скорее всего почувствовала, как её щеки заливает румянец, но… до страшной октябрьской ночи она ни разу не заглядывала в этот уголок своей памяти.
Потому что однажды вечером, когда бабушка ушла в церковь и Надя осталась одна в доме, из курятника раздался шум и отчаянное кудахтанье.
Победив в себе страх, девочка рванула во двор, но было поздно. Огромная, чёрная росомаха сидела в центре курятника. Вокруг всё было в крови. В зубах животное сжимало шею Катюши и каждое движение челюстей заставляло голову птицы повторять даже после смерти то самое движение. Так. Так. Так!
Блестящие в темноте глаза росомахи смотрели на девочку лениво и без какой-то тени страха. А потом они сверкнули в темноте, и животное дёрнулось всем телом, будто бы готовясь прыгнуть на маленького человечка….
Вернувшаяся домой бабушка с трудом отыскала внучку. Та забилась в самый дальний угол пыльного платяного шкафа и держа большой палец во рту, покачивалась, словно повторяя увиденный жуткий ритм движений головы курицы.
Через три дня жителям деревни всё же удалось подстеречь потерявшее последний страх животное, начавшее ежедневно потрошить курятники. Веса в росомахе оказалось двадцать четыре килограмма.
