– Можешь не рассказывать. – Я сжал лапу медвежонка и потряс ее. – Приятно познакомиться. Теперь ты тоже мой друг.
Куколка наконец-то улыбнулась. В моей груди разлилось тепло от выражения ее лица, наконец-то расслабленного и спокойного. Она сжала вторую лапу игрушки, из-за чего медведь оказался между нами. Так мы и сидели до конца занятия, пока воспитательница не отпустила нас на обед.
– Пойдем вместе? – спросила с надеждой Куколка.
– Да, конечно. Подожди меня в коридоре, мне нужно кое-что сделать.
Она кивнула и вышла из актового зала, недоверчиво оглядываясь по сторонам. Я осмотрел ряды стульев, ожидая, когда Фин и его друг Эрик последуют в столовую, чтобы кое-что провернуть.
Я взял с собой рюкзак и спрятал его за растением в горшке, чтобы выкрасть немного еды с кухни и припасти на черные дни. Однажды я уже сделал это. Теперь, когда мне нужно заботиться о Куколке, еды понадобится в два раза больше.
– Эй, Стикс, – вдруг раздался голос Фина. – Подойди сюда.
Я нахмурился.
– Что тебе надо?
Если они не уйдут в ближайшие минуты, я не успею забрать рюкзак и вовремя прийти на обед. Правила здесь были жесткими. Не успел – не ешь. Не заслужил одобрения – не пьешь. Подрался – сидишь в чулане.
Фин поманил меня пальцем.
– Иди-иди.
Я подошел к ним с Эриком, чтобы они скорее свалили отсюда.
– Что вам…
Первый удар пришелся по моему лицу. Скула вспыхнула острой болью, и я пошатнулся от неожиданности, упав на задницу. Следующий удар последовал незамедлительно. Ребра захрустели, когда Фин пнул меня носком ботинка. Я задохнулся от боли и ощутил стекающую изо рта кровь.
– Что ты о себе возомнил, придурок? – прорычал Фин, осыпая меня ударами. – Ты гребаный неудачник, который должен был сдохнуть вместе со своими родителями!
Удар.
Удар.
Удар.
– Хватит… – прохрипел я и попытался отползти. – Хватит…
– Закрой рот!
Его друг ударил меня с другой стороны. Я всхлипнул, вцепившись пальцами в холодный пол. Они избивали меня каждую неделю, но ногами – впервые. Фин и Эрик были больше и старше меня. Каждый их удар выбивал из легких воздух, а я даже не был в силах ответить.
И рассказать директору не мог. Потому что остальные посчитали бы меня предателем и стукачом, а с такими разговор был коротким. Полный бойкот или избиение.
Вдруг где-то на задворках сознания раздался чей-то крик. Я поднял взгляд и нашел голубые глаза. Куколка плакала, крепко прижимая к груди медвежонка.
О, нет. Она не должна видеть это.
– Уходи… Уходи отсюда…
Ее большие глаза распахнулись, и она покачала головой.
– Пожалуйста… Пожалуйста, уходи…
