Читаем Афродита онлайн бесплатно
Джереми подхватил меня на руки и закружил, радуясь моему возвращению. На лице Алекса появилась маленькая, совсем крошечная улыбка, когда я обняла его и прошептала на ухо, что сегодня утром благодаря ему сделала Монтгомери на несколько миллиардов беднее.
Увидев Эзру, я почувствовала душащий ком в горле.
– Без тебя было скучно, Барби.
Я пожала его холодную ладонь и увидела шрам на тыльной стороне, пересекающий татуировку.
– Что значит этот символ? – спросила, проведя пальцем по его коже.
Он отстранился.
– Ничего особенного. Очередная легенда из мифологии, которую любила мама.
Тяжесть в груди стала сильнее.
Мы вшестером расположились в роскошной гостиной на мягких диванах из дымчато-серого шенилла. Раньше я часто проводила здесь время, делая уроки вместе с Дарси и обсуждая школьные сплетни.
Когда я впервые оказалась в этой комнате и увидела хрустальную люстру, отбрасывающую блики на деревянные панели в стенах, то задохнулась от восторга. Однако больше всего в особняке Ван Дер Майерсов мне нравился домашний кинотеатр и светлая кухня, из которой открывался вид на каменный фонтан во внутреннем дворе.
Татум и Бишоп напоминали меня в то время. Их взгляды изучали убранство особняка, словно они оказались во дворце королевы Великобритании. Джереми сидел на мягком ковре, а Алекс, как обычно, привалился плечом к дверному проему и хранил молчание.
Меня сковывало напряжение до тех пор, пока в гостиную не вошли Дарси и Малакай, лицо которого побелело, словно он увидел привидение.
Подорвавшись с места, я бросилась ему в объятия, и он подхватил меня за бедра. Мое сердце замедлило ритм, когда в нос проник знакомый запах, а Малакай зарылся лицом в мою шею, оставив на ней короткий поцелуй.
– Ты в порядке? – прошептала я.
– Если так можно сказать.
Я слезла с его рук и опустилась на пол, заметив, как Бишоп целует Дарси в лоб.
– Э-э-э… А что сейчас было?
Повернувшись на голос, я увидела распахнутые глаза Джереми. Он переводил взгляд с меня на Малакая, который продолжал обнимать меня за талию, пока Эзра непонимающе хмурился.
Я тяжело вздохнула.
– Думаю, нам всем нужно поговорить.
Мы расселись по гостиной, когда часы показали девять вечера. Малакай притянул меня между своих ног, заняв место на полу недалеко от камина, Бишоп и Дарси расположились напротив нас, а остальные – на диванах.
– Вечер откровений объявляю открытым, – провозгласила Татум, после того как Агнес принесла нам три тарелки с печеньем. – А теперь ответьте мне на вопрос. Какого хрена нам с Эзрой звонит Бишоп и говорит, цитирую, что Малакай и Дарси родные брат и сестра? Сегодня первое апреля?
– Было бы славно, – пробормотал Малакай и принялся рассказывать, что они узнали от Ричарда.
После каждого его слова я удивленно вздыхала, ловя подтверждающие кивки Дарси, крепче сжимала его ладонь и всхлипывала, ощущая их общую боль.
Я была готова услышать что угодно, но не это. Черт возьми, такое просто не могло уложиться в моей голове.
– Это сделала Аннабель? – сдавленно спросил Бишоп, не отводя взгляда от Малакая. – Она отдала тебя Стиксам?
– Да.
Дарси успокаивающе обняла своего парня, когда он стиснул челюсти, а его глаза вспыхнули жаждой насилия. Я могла поклясться, что сейчас он сорвется на кладбище, выкопает ее могилу и подожжет останки.
Я бы с радостью его поддержала.
– Надеюсь, она горит в аду, – прохрипел Бишоп. – Чертова сука.
Я думала, нет женщины хуже Терезы Монтгомери, но по сравнению с Аннабель Картрайт она была гребаным ангелом. Как можно испортить жизни двух маленьких мальчиков? И ради чего? Мужчины, который не любит тебя?
Меня сжирала поглощающая ярость. Если бы Аннабель не была мертва, я бы убила ее собственными руками, потому что она тронула
– Ты сейчас взорвешься, – прошептал Малакай мне на ухо.
Я скрипнула зубами.
– Это я еще сдерживаюсь.
Наравне со злостью тело охватила мучительная боль от осознания, что пришлось вытерпеть маме Малакая и Дарси. Бедная Вивьен… Подверглась жестокому обращению со стороны мужа, попала в рабство и… ушла из мира по своей воле.
Боже, за что наши родители так страдали? Хотя и Вивьен не была ангелом, раз изменяла в браке, когда у нее была дочь.
Малакай повернул голову к Алексу, подпирающему дверь, и спросил:
– Ты же знал всё с самого начала?
– Знал, – просто ответил он.
Я изумленно покачала головой, смотря на своего друга. Все в комнате были в шоке от услышанного.
– Почему ты не сказал? – задал очередной вопрос Малакай.
– Ваши скелеты в шкафу – не мое дело, Кайден. Если я молчу, значит не хочу портить чью-то жизнь. Хуже, когда я начинаю говорить.
Джереми поперхнулся печеньем.
– Как ты его назвал? Кайден?
Бишоп и Татум переглянулись, а Эзра повернулся к ним, словно почувствовав это. Значит, Малакай давно рассказал им о своем настоящем имени.
Теперь пришла наша очередь обличить правду, хотя некоторые ее отчасти знали. Я рассказала о своих биологических родителях и пожаре, изменившем мою жизнь. Как встретила в детском доме мальчика, в которого влюбилась. Как меня забрали Монтгомери и разлучили с ним, а спустя много лет мы снова нашли друг друга в особняке Тюдоров.
