Читаем Афродита онлайн бесплатно

– Эти месяцы были самыми тяжелыми в моей жизни, – прохрипел я. – Мне не хватало твоего голоса. Твоих прикосновений. Твоих криков. Каждый день я сдерживался, чтобы не написать или не позвонить тебе. Ощущение, будто ты уехала и забрала с собой часть моего сердца.

Она прерывисто выдохнула, и ее дыхание коснулось моего лица.

– Нам нужно было побыть вдали друг от друга.

– Побыла?

Леонор кивнула.

– И что поняла?

Она приоткрыла губы, но я покачал головой и прижал к ним большой палец.

– Подожди, давай я скажу первым.

Прижавшись к ней легким заветным поцелуем, я прикрыл глаза от наслаждения и выдохнул:

– Я люблю тебя, Леонор Монтгомери. И я люблю тебя, Венера Милосская. Ничто и никто не изменит моих чувств к тебе. Ты можешь ненавидеть меня, можешь прогнать или сказать, что я недостоин тебя, но от этого мои чувства не станут слабее. Неважно, где я окажусь – в раю, аду или чистилище, моим спасением всегда будешь ты. Я пойму, если ты не выберешь меня, но не смогу уйти. Я погряз в тебе. Совершенно бесповоротно влюбился, как какой-то подросток. Ради тебя я хочу стать лучше, добиться чего-то великого, чтобы наши дети ни в чем не нуждались. Чтобы ты ни в чем не нуждалась и знала, что рядом со мной тебе ничего не грозит.

Может, я поступал эгоистично, заводя разговор о наших детях и в каком-то смысле привязывая ее к себе, но я никогда не считал себя хорошим парнем. Моя одержимость этой девушкой была ненормальной. Болезненной. Для кого-то неправильной.

Но я всегда был готов ради нее на всё.

После признания меня охватило ощущение, словно с плеч спал тяжкий груз. Наконец-то я сказал это. Наконец-то признался в том, как много она для меня значит, не боясь и не стыдясь.

Внутри меня не было ни капли сомнений. Мой разум был чист, а слова исходили из глубины души, которую я залечивал на протяжении недель, чтобы стать для нее опорой. Чтобы она могла положиться на меня, зная, что я никогда не поддамся внутренним демонам.

Я так сильно любил ее, что умер бы счастливым, даже вонзи она сейчас в мое сердце клинок.

Вдруг рядом послышался тихий всхлип.

Я распахнул глаза, когда Леонор бросилась на мою грудь и начала осыпать лицо поцелуями. Она то ли плакала, то ли смеялась, пока я задыхался от силы, с которой ее руки стискивали меня в объятиях.

– Ты такой придурок! – всхлипнула Леонор, сжав мое лицо ладонями. – Конечно, я люблю тебя, Малакай. Эти месяцы только доказали, что я готова сражаться за наши чувства, даже если мир будет против. Я не так поэтична, как ты, но… Какого черта ты сидишь на земле перед моим домом?

Я усмехнулся и схватил ее за бедра, притянув к себе на колени.

– Скажи это еще раз.

– Какого черта ты сидишь на земле перед моим домом?

– Нет. Скажи, что любишь меня.

– Я люблю тебя.

– Еще раз.

– Я люблю тебя. – Она поцеловала меня в лоб. – Я люблю тебя. – Затем в кончик носа. – Я люблю тебя. – Потом в уголок губ. – Я люблю тебя, Волчонок.

И вот так просто желание взять в руки нож испарилось.

Я убрал прядь волос ей за ухо, не отводя от нее взгляда.

Впервые за столько времени я правда верил ей и считал себя… достойным? Наверное, я никогда не избавлюсь от ощущение, что ей нужен кто-то более подходящий: стабильный, неиспорченный, с чистой историей за плечами.

Но правда заключалась в том, что любовь не выбирала.

Она просто появлялась, как Афродита или купидон со своим розовым луком, и сталкивала людей лбами. Единственное, что ты мог сделать – стать лучшей версией себя для другого человека.

Я провел ладонью по ее щеке.

Такая красивая. Солнечная. Яркая. Добрая. Милосердная. Сексуальная. Понимающая. Вспыльчивая. Громкая.

Такая моя.

– Что это? – вдруг спросила Леонор и схватила меня за руку.

Развернув ее, она посмотрела на клеймо, которое теперь выглядело немного иначе. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы осознать увиденное.

– Это татуировки, – ответил я.

Она коснулась первой, и на ее глаза накатили слезы. Изувеченную кожу покрывали черные узоры, сплетающиеся в единую картину.

– Фортепьяно, – прошептала она.

Затем мягко провела по следующей.

– Планета.

– Венера, – подсказал я.

– Венера, – улыбнулась она, и по ее щеке скатилась первая слеза. – А это шоколад и… морская волна?

– По одной из версий Афродита родилась из крови, попавшей в море и образовавшей пену. Отсюда и перевод ее имени – Пеннорожденная.

Леонор округлила губы.

– Так вот что имел в виду Алекс. Вот же мудак!

– О чем ты? – удивился я.

– Он сказал: «Просто надеюсь, что море, в котором ты родилась, не заберет тебя обратно». Я запомнила каждое слово, но не могла понять смысл. Он знал всё с самого начала и никому не говорил. Я просто… в шоке. Не могу поверить, что всё так сложилось!

Покачав головой, Леонор провела пальцем по другим татуировкам, связанным с ней.

Теперь вокруг и внутри клейма, которое напоминало мне об ужасах, пережитых в Круге, везде была она. Каждое воспоминание, которое мы разделили, отразилось на моей коже.

Всего их было тридцать три, как песней в «Божественной комедии».

Языки пламени, из которого я спас ее.

Татуировка куклы и волка.

Лук и маска Джейсона.

Музыкальный плеер.