Читаем Афродита онлайн бесплатно
Мне стало стыдно, что я бросалась в него обвинениями, не зная правды. Если бы мы рассказали друг другу всё с самого начала, не было бы этих месяцев полного недопонимания и ненависти, сквозящей в наших взглядах.
Я давно поняла, что наша история намного тяжелее.
Но от этого она становилась
– Эта Алисия серьезно так сказала? – спросил Малакай, когда мы перевели тему, вымотанные правдой о том дне.
Я кивнула.
– И в Таннери-Хиллс есть ее магазин?
Я снова кивнула.
– Да, магазин нижнего белья Siren's Whisper.
– Шепот Сирены, – пробормотал Малакай. – Ужасное название.
– Алекс сказал так же.
– И вы ни разу не хотели ей отомстить?
– Ну-у-у, – протянула я, – Джереми хотел забросать ее машину яйцами, но я не разрешила ему. Да и какой смысл в мести, если она ничего не изменит? Алисия как считала меня глупой девчонкой, которая сидит на шее матери, так и будет считать.
Малакай долго вглядывался в мои глаза.
Затем схватил меня за руку и поднялся с пола.
– Идем.
– Что? – удивилась я. – Куда?
Развернувшись, он подмигнул мне.
– Покажу тебе, чем хороша месть.
Малакай затащил меня в спальню, после чего начал помогать мне одеваться. Мое предательское сердце сделало кульбит, когда он опустился на колени, чтобы помочь мне натянуть джинсы, а затем отдал свою толстовку на два размера больше моего.
Я недоуменно стояла посреди комнаты, пока он вытаскивал из шкафа биту, балаклаву, пистолет и маску Джейсона, в которой гнался за мной по музыкальной школе.
– Мне это не нравится. Очень сильно не нравится.
Закинув за спину рюкзак, Малакай наклонился и прижался губами к моим губам.
– Не будь трусихой, Куколка.
Предчувствие подсказывало, что он собирается делать, но я до последнего отказывалась верить в это. Только когда мы сели на мотоцикл и выехали из Синнерса, я убедилась в своих догадках.
– Остановимся на углу, – прокричал Малакай сквозь порывы ветра. – Наденешь мою маску.
– Нет, – пискнула я.
– Да.
– Это плохая идея.
– Когда Леонор Монтгомери отказывалась от плохих идей?
Я взмолилась всем известным богам, прося их не отправлять меня в тюрьму.
Время давно перевалило за полночь, поэтому нужная улица пустовала. На углу Малакай остановился, и я сняла шлем, заменив его маской Джейсона. Он же натянул балаклаву и накинул на голову капюшон. Весь его облик кричал об опасности, из-за чего между моих бедер разлился жар.
Остановившись напротив нужного здания, Малакай слез с байка и протянул мне руку.
– Ты что, с ума сошел? – прокричала я шепотом. – Что мы делаем около магазина Алисии Селман с пистолетом и битой?
Малакай пожал плечами.
– Собираемся ограбить ее.
– Ограбить? – воскликнула я. – Я не хочу провести остаток дней в тюрьме!
– Ты забыла, с кем имеешь дело? За эти годы меня ни разу не поймали, а ты даже не представляешь, как часто мы с Бишопом грабили Таннери-Хиллс. И если будешь кричать на всю улицу, нас точно поймают.
– Я не кричу!
Малакай вскинул бровь.
Из меня вырвался мучительный стон. Приняв его руку, я спрыгнула с мотоцикла и огляделась.
– А если нас увидят? Внутри точно есть камеры.
Малакай сжал ладонями мой затылок и заставил посмотреть ему в глаза.
– Куколка, я бы не привозил тебя сюда, если бы не был уверен в твоей безопасности. Сигнализация уже отключена. Камеры я разобью, а мои знакомые просто почистят память. – На его губах появилась наглая усмешка. – Я знаю, что внутри тебя живет плохая девочка, которую просто заставили спрятаться. Будь собой, Леонор. Если хочешь сделать что-то неправильное – сделай. Хочешь причинить боль – причини. Хочешь отомстить – отомсти. Покажи миру свой характер, который все пытаются подавить. Будь Афродитой, пока я буду твоим Аресом.
Эти слова сказали мне больше, чем требовалось.
Малакай был прав. Сколько лет из-за страха и неуверенности я скрывалась, показывая лишь отголоски настоящей себя. Делать это становилось тяжелее с каждым днем. Я всегда хотела свободы, безумия, легкости, но меня постоянно кто-то одергивал.
Только Малакай принимал меня любой.
Венерой в пять лет.
Леонор в пятнадцать.
Мне просто надоело сдерживаться. Надоело думать о людях, а не о себе. Надоело глушить чувства и ощущать постоянную вину. Надоело думать, бояться, пытаться разобраться в мыслях тех, кто делает мне больно.
Мне просто, блядь, надоело.
Выхватив из рюкзака Малакая биту, я твердыми шагами двинулась к магазину.
– Куколка, подожди…
Я замахнулась и резко ударила ей по стеклу.
– Пошла ты к черту, Алисия Селман!
Витрина вдребезги разбилась, разлетевшись на куски. Я вскрикнула, когда осколки полетели в мою сторону, но меня резко схватили за рукав и прижали к твердой груди.
– Я собирался войти через дверь, – выдохнул Малакай. – Хотя так даже лучше.
Не сдержавшись, я откинула голову на его плечо и засмеялась.
Вдруг он поднял мою маску, и уже в следующую секунду его горячие губы прижались к моим. Я застонала от прокатившегося по телу возбуждения, но Малакай слишком быстро отстранился и шлепнул меня по заднице.
– Вперед, плохая девочка.
Мое сердце бешено заколотилось от адреналина.
